Тестирование по творчеству Островского
1 ВАРИАНТ
1) Имя Островского
а) Николай Алексеевич
б) Алексей Николаевич
в) Александр Николаевич
г) Николай Александрович
2) Островского прозвали
а) «Колумб Замоскворечья»
б) «человек без селезенки»
в) «товарищ Константин»
3) Островский учился
а) в Царскосельском Лицее
б) в Нежинской гимназии
в) в Московском университете
г) в Симбирском университете
4) Произведение «Гроза»
а) комедия
б) трагедия
а) «Снегурочка»
б) «Волки и овцы»
в) «Обломов»
г) «Свои люди – сочтемся»
6) Драма «Гроза» была впервые напечатана в
7) Какое изобретение хотел внедрить в быт своего города механик-самоучка Кулигин?
а) телеграф
б) печатный станок
в) громоотвод
г) микроскоп
8) Определите кульминацию драмы «Гроза»
а) прощание Тихона и Катерины перед его поездкой
б) сцена с ключом
в) встреча Катерины с Борисом у калитки
г) раскаяние Катерины перед жителями города
а) реализм
б) романтизм
в) классицизм
г) сентиментализм
10) Действие драмы «Гроза» происходит
а) в Москве
б) в Нижнем Новгороде
в) в Калинове
г) в Петербурге
11) Как звали мужа Катерины?
в) Кудряш
г) Акакий
12) Определите основной конфликт драмы «Гроза»
а) история любви Катерины и Бориса
б) столкновение самодуров и их жертв
в) история любви Тихона и Катерины
г) описание дружеских отношений Кабанихи и Дикого
13) Кто из героев драмы «Гроза» «позавидовал» умершей Катерине, считая собственную жизнь предстоящей мукой?
б) Кулигин
а) сноска
б) ремарка
в) пояснение
г) сопровождение
а) Кулигин
г) Кудряш
16) К какому типу литературных героев принадлежала Кабаниха
а) «лишний человек»
б) герой-резонер
в) «маленький человек»
г) «самодур»
17) Кто написал критическую статью «Мотивы русской драмы» о «Грозе»?
а) В. Г. Белинский
б) Н. Г. Чернышевский
в) Н. А. Добролюбов
г) Д. И. Писарев
У него уж такое заведение. У нас никто и пикнуть не смей о жалованье, изругает на чем свет стоит. "Ты, - говорит,
Почему знаешь, что я на уме держу? Нешто ты мою душу можешь знать? А может, я приду в такое расположение,
что тебе пять тысяч дам". Вот ты и поговори с ним! Только еще он во всю свою жизнь ни разу в такое-то
расположение не приходил.
в) Кудряш
19) Кто сказал:
«Жестокие нравы, сударь, в нашем городе, жестокие! В мещанстве, сударь, вы ничего, кроме грубости да бедности нагольной, не увидите. И никогда нам, сударь, не выбиться из этой коры».
а) Кудряш
б) Кулигин
в) Борис Григорьевич
20) Кому пинадлежат слова, обращенные к главной героине пьесы «Бесприданница»?
«Хороши ваши приятели! Какое уважение к вам! Они не смотрят на вас, как на женщину, как на человека, – человек сам располагает своей судьбой, они смотрят на вас, как на вещь».
а) Кнурову
б) Паратову
в) Вожеватову
г) Карандышеву
Тест по творчеству Островского. «Гроза», «Бесприданница»
2 ВАРИАНТ
1) Годы жизни А. Островского:
2 Островский учился
а) в Царскосельском Лицее
б) в Нежинской гимназии
в) в Московском университете
г) в Симбирском университете
3) Островского прозвали
а) «Колумб Замоскворечья»
б) «человек без селезенки»
в) «товарищ Константин»
г) «луч света в темном царстве»
4) Драма «Гроза» была впервые напечатана в
5) Какое призведение не принадлежит Островскому:
а) «Снегурочка»
б) «Бедность не порок»
в) «Обломов»
г) «Свои люди – сочтемся»
6) Произведение «Гроза»
а) комедия
б) трагедия
г) повесть
7) К какому сословию принадлежала Кабаниха?
б) мещане
в) дворяне
г) разночинцы
8) Кто устроил встречи Катерины и Бориса, украв у Кабанихи ключ?
а) Кудряш
б) Кулигин
в) Варвара
9) К какому литературному направлению следует отнести драму «Гроза»
а) реализм
б) сентиментализм
в) классицизм
г) романтизм
10) Как звали возлюбленного Катерины
а) Кулигин
г) Кудряш
11) В каком городе происходит действие пьесы?
а) в Нижнем Новгороде
б) в Торжке
в) в Москве
г) в Калинове
12) Кому принадлежит фраза: «Делай что хочешь, только бы шито да крыто было»?
а) Кудряшу
б) Катерине
в) Варваре
г) Кабанихе
13) Что изобретал механик-самоучка Кулигин?
а) телеграф
б) перпетуум-мобиле
в) солнечные часы
а) сноска
б) ремарка
в) пояснение
г) сопровождение
15) Какой фразой заканчивается драма «Гроза»?
а) Маменька, вы ее погубили, вы, вы, вы...
б) Делайте с ней, что хотите! Тело ее здесь, возьмите его; а душа теперь не ваша: она теперь перед судией,
который милосерднее вас!
в) Спасибо вам, люди добрые, за вашу услугу!
г) Хорошо тебе, Катя! А я-то зачем остался жить на свете да мучиться!
16) К какому типу литературных героев принадлежал Дикой
а) «лишний человек»
б) «самодур»
в) «маленький человек»
г) герой-любовник
17) Кто написал критическую статью «Луч света в темном царстве» о «Грозе»?
а) В. Г. Белинский
б) Н. Г. Чернышевский
в) Н. А. Добролюбов
г) Д. И. Писарев
18) О каком персонаже идет речь?
Он прежде наломается над нами, надругается всячески, как его душе угодно, а кончит
все-таки тем, что не даст ничего или так, какую-нибудь малость. Да еще станет
рассказывать, что из милости дал, что и этого бы не следовало.
в) Кудряш
19) Кто сказал:
«Воспитывали нас родители в Москве хорошо, ничего для нас не жалели. Меня
отдали в Коммерческую академию, а сестру в пансион, да оба вдруг и умерли в холеру,
мы с сестрой сиротами и остались. Потом мы слышим, что и бабушка здесь умерла и
оставила завещание, чтобы дядя нам выплатил часть, какую следует, когда мы придем
в совершеннолетие, только с условием…»
г) Кудряш
20) Кому пинадлежат слова из пьесы А. Островского «Бесприданница»?
«Вещь... да, вещь! Они правы, я вещь, а не человек. Я сейчас убедилась в том, я
испытала себя... я вещь! (С горячностью.) Наконец слово для меня найдено, вы
нашли его. Уходите! Прошу вас, оставьте меня!»
а) Лариса Дмитриевна Огудалова
б) Агрофена Кондратьевна Большова
в) Анна Павловна Вышневская
г) Харита Игнатьевна Огудалова
1 вариант
1-в, 2-а, 3-в, 4-в, 5-в, 6-б, 7-в, 8-г, 9-а, 10-в, 11-а, 12-б, 13-г, 14-б, 15-в, 16-г, 17-г, 18-а, 19-б, 20-г
2 вариант
1-а, 2-в, 3-а, 4-б, 5-в, 6-в, 7-а, 8-в, 9-а, 10-в, 11-г, 12-в, 13-б, 14-б, 15-г, 16-б, 17-в, 18-а, 19-б, 20-а
Александр Николаевич Островский
Островский Александр Николаевич (1823, Москва - 1886, имение Щелыково Костромской губ.)- драматург. Род. в семье судейского чиновника. Получив серьезное домашнее образование, окончил гимназию ив 1840 поступил на юридический ф-т Моск. ун-та, откуда ушел, не окончив курса, в 1843. Поступил на службу в судебные учреждения, позволившую О. собрать яркий материал для своих пьес. Несмотря на бесконечные сложности с цензурой, Островский написал около 50 пьес (наиболее известны "Доходное место", "Волки и овцы", "Гроза", "Лес", "Бесприданница"), создав грандиозное художественное полотно, изображающее жизнь различных сословий России второй пол. XIX в. Являлся одним из организаторов Артистического кружка, Общества -рус. драматических писателей и оперных композиторов, много сделал для улучшения положения театрального дела в России. В 1866, незадолго до смерти, Островский возглавил репертуарную часть моек. театров. Значение деятельности Островского было осознано еще его современниками. И.А. Гончаров писал ему: "Вы один достроили здание, в основание которого положили краеугольные камни Фонвизин, Грибоедов, Гоголь. Но только после Вас мы, русские, можем с гордостью сказать: "У нас есть свой русский, национальный театр". Он, по справедливости, должен называться; "Театр Островского".
Использованы материалы кн.: Шикман А.П. Деятели отечественной истории. Биографический справочник. Москва, 1997.
Александр Николаевич Островский (1823-1886) - исключительная фигура на фоне литературы XIX века. На Западе до появления Ибсена не было ни одного драматурга, которого можно было бы поставить в один ряд с ним. В жизни купечества, темного и невежественного, опутанного предрассудками, склонного к самодурству, нелепым и забавным прихотям, он нашел оригинальный материал для своих сценических произведений. Картины жизни купечества давали Островскому возможность показать важную сторону русской жизни в целом, «темное царство» старой России.
Островский - народный драматург в подлинном и глубоком смысле этого слова. Его народность проявляется и в непосредственной связи его искусства с фольклором - народными песнями, пословицами и поговорками, составляющими даже названия его пьес, и в правдивом, проникнутом демократической тенденцией изображении народной жизни, и в необычайной выпуклости, рельефности созданных им образов, облеченных в доступную и демократическую форму и адресованных народному зрителю.
Цитируется по изд.: Всемирная история. Том VI. М., 1959, с. 670.
ОСТРОВСКИЙ Александр Николаевич (1823 - 1886), драматург. Родился 31 марта (12 апреля н.с.) в Москве в семье чиновника, заслужившего дворянство. Детские годы прошли в Замоскворечье, купеческом и мещанском районе Москвы. Получил хорошее домашнее образование, с детства изучая иностранные языки. Впоследствии знал греческий, французский, немецкий, а позже - английский, итальянский, испанский языки.
В 12 лет был отдан в 1-ю Московскую гимназию, которую окончил в 1840 и поступил на юридический факультет Московского университета (1840 - 43). Слушал лекции таких передовых профессоров, как Т.Грановский, М.Погодин. Стремление к литературному творчеству совпадает со страстным увлечением театром, на сценах которого выступали в то время великие актеры М.Щепкин и П.Мочалов.
Островский оставляет университет - юридические науки его перестали интересовать, и он принимает решение всерьез заняться литературой. Но, по настоянию отца, поступил на службу в Московский совестный суд. Работа в суде дала будущему драматургу богатый материал для его пьес.
В 1849 была написана комедия "Свои люди - сочтемся!", принесшая признание автору, хотя и появилась на сцене только через 11 лет (была запрещена Николаем 1, а Островский был отдан под надзор полиции). Вдохновленный успехом и признанием, Островский каждый год писал одну, а иногда несколько пьес, создав целый "театр Островского", включающий 47 пьес различных жанров.
В 1850 становится сотрудником журнала "Москвитянин", входит в круг литераторов, актеров, музыкантов, художников. Эти годы много дали драматургу в творческом отношении. В это время написаны "Утро молодого человека", "Неожиданный случай" (1850).
В 1851 Островский ушел со службы, чтобы все силы и время отдать литературному творчеству. Продолжая гоголевские обличительные традиции, он пишет комедии "Бедная невеста" (1851), "Не сошлись характерами" (1857).
Но в 1853, отказываясь от "жесткого" взгляда на русскую жизнь, пишет Погодину: "Пусть лучше русский человек радуется, видя себя на сцене, чем тоскует. Исправители найдутся и без нас". Последовали комедии: "Не в свои сани не садись" (1852), "Бедность не порок" (1853), "Не так живи, как хочется" (1854). Н.Чернышевский упрекал драматурга в идейной и художественной фальши его новой позиции.
На дальнейшее творчество Островского оказало участие в экспедиции, организованной морским министерством для изучения быта и промыслов населения, связанного с реками и судоходством (1856). Совершил поездку по Волге, от истоков до Нижнего Новгорода, во время которой вел подробные записи, изучал жизнь местного населения.
В 1855 - 60, в предреформенный период, сближается с революционными демократами, приходит к некому "синтезу", вернувшись к обличению "властителей" и противопоставляя им своих "маленьких людей". Появляются пьесы: "В чужом пиру похмелье" (1855), "Доходное место" (1856), "Воспитанница" (1858), "Гроза" (1859). Добролюбов восторженно оценил драму "Гроза", посвятив ей статью "Луч света в темном царстве" (1860).
В 1860-е Островский обращается к исторической драме, считая подобные пьесы необходимыми в репертуаре театра: хроники "Тушино" (1867), "Дмитрий Самозванец и Василий Шуйский", психологическая драма "Василиса Мелентьева"(1868).
В 1870-е рисует жизнь пореформенного дворянства: "На всякого мудреца довольно простоты", "Бешеные деньги" (1870), "Лес" (1871), "Волки и овцы"(1875). Особое место занимает пьеса "Снегурочка" (1873), выразившая лирическое начало драматургии Островского.
В последний период творчества была написана целая серия пьес, посвященных судьбе женщины в условиях предпринимательской России 1870 - 80: "Последняя жертва", "Бесприданница", "Сердце не камень", "Таланты и поклонники", "Без вины виноватые" и др.
Использованы материалы кн.: Русские писатели и поэты. Краткий биографический словарь. Москва, 2000.
Василий Перов. Портрет А. Н. Островского. 1871 г.
Островский Александр Николаевич (31.03. 1823-2.06.1886), драматург, театральный деятель. Родился в Москве в Замоскворечье - купеческом и мещанско-чиновничьем районе Москвы. Отец - чиновник, сын священника, окончивший духовную академию, поступивший на государственную службу и позднее получивший дворянство. Мать - из бедного духовенства, отличалась наряду с красотой высокими душевными качествами, рано умерла (1831); мачеха Островского, из старинного дворянского рода обрусевших шведов, преобразовала патриархальный замоскворецкий быт семьи на дворянский лад, заботилась о хорошем домашнем воспитании своих детей и пасынков, для чего семья имела необходимый достаток. Отец, помимо государственной службы, занимался частной практикой, а с 1841, выйдя в отставку, стал преуспевающим присяжным стряпчим Московского коммерческого суда. В 1840 Островский окончил 1-ю Московскую гимназию, бывшую в то время образцовым средним учебным заведением с гуманитарным уклоном. В 1840-43 учился на юридическом факультете Московского университета, где в то время преподавали М. П. Погодин, Т. Н. Грановский, П. Г. Редкин. Еще в гимназии Островский увлекся литературным творчеством, в студенческие годы он делается страстным театралом. На московской сцене в эти годы блистали великие актеры П. С. Мочалов и М. С. Щепкин, имевшие большое влияние на молодежь. Как только занятия специальными юридическими дисциплинами стали мешать творческим устремлениям Островского, он покинул университет и, по настоянию отца, в 1843 поступил канцеляристом в Московский совестный суд, где разбирались имущественные споры, преступления малолетних и т. п.; в 1845 был переведен в Московский коммерческий суд, откуда ушел в 1851, чтобы стать профессиональным литератором. Работа в судах существенно обогатила жизненный опыт Островского, дала ему знание языка, быта и психологии мещанско-купеческой «третьесословной» Москвы и чиновничества. В это время Островский пробует себя в разных областях литературы, продолжает сочинять стихи, пишет очерки и пьесы. Началом своей профессиональной литературной деятельности Островский считал пьесу «Семейная картина», которую 14 февр. 1847 с успехом прочитал в доме университетского профессора и литератора С. П. Шевырева. К этому времени относятся «Записки замоскворецкого жителя» (для них, еще в 1843, был написан небольшой рассказ «Сказание о том, как квартальный надзиратель пускался в пляс, или От великого до смешного только один шаг»). Следующая пьеса «Свои люди - сочтемся!» (первоначальное название «Банкрот») была написана в 1849, в 1850 напечатана в журнале «Москвитянин» (№ 6), однако на сцену допущена не была. За эту пьесу, сделавшую имя Островского известным всей читающей России, он был отдан под негласный надзор полиции.
С н. 50-х Островский становится деятельным сотрудником «Москвитянина», издаваемого М. П. Погодиным, и вскоре вместе с А. А. Григорьевым, Е. Н. Эдельсоном, Б. Н. Алмазовым и др. образует т. н. «молодую редакцию», пытавшуюся оживить журнал, пропагандируя реалистическое искусство, интерес к народному быту и фольклору. Кружок молодых сотрудников «Москвитянина» включал не только литераторов, но и актеров (П. М. Садовский, И. Ф. Горбунов), музыкантов (А. И. Дюбюк), художников и скульпторов (П. М. Боклевский, Н. А. Рамазанов); москвитянинцы имели друзей среди «простонародья» - исполнителей и любителей народной песни. Островский и его товарищи по «Москвитянину» были не только группой единомышленников, но и дружеским кружком. Эти годы много дали Островскому в творческом отношении, и прежде всего глубокое знание «живого», неакадемического фольклора, речи и быта городского простонародья.
В сер. 40-х Островский вступил в гражданский брак с мещанской девицей А. Ивановой, которая оставалась с ним до своей смерти в 1867. Будучи малообразованной, она обладала умом и тактом, прекрасным знанием простонародного быта и замечательно пела, ее роль в творческой жизни драматурга несомненно была значительной. В 1869 Островский женился на актрисе Малого театра М. В. Васильевой (от которой к тому времени уже имел детей), склонной к дворянским, «светским» формам жизни, что осложняло его жизнь. Долгие годы Островский жил на грани нищеты. Будучи признанным главой русских драматургов, он и на склоне лет постоянно нуждался, добывая средства к жизни неустанным литературным трудом. Несмотря на это, он отличался гостеприимством и постоянной готовностью помочь любому нуждающемуся человеку.
Вся жизнь Островского связана с Москвой, которую он считал сердцем России. Из сравнительно немногочисленных путешествий Островского (1860 - поездка с гастролировавшим А. Е. Мартыновым в Воронеж, Харьков, Одессу, Севастополь, во время которой великий актер умер; заграничное путешествие 1862 по Германии, Австрии, Италии с посещением Парижа и Лондона; поездка с И. Ф. Горбуновым по Волге в 1865 и с братом, М. Н. Островским, в Закавказье в 1883) наибольшее влияние на его творчество оказала экспедиция, организованная морским министерством, командировавшим литераторов для изучения быта и промыслов населения, связанного с реками и судоходством. Островский совершил поездку по Волге, от истоков до Н. Новгорода (1856), во время которой вел подробнейшие записи и составил словарь судоходства, судостроительных и рыболовных терминов Верхнего Поволжья. Большое значение имела для него и жизнь в любимом костромском имении Щелыкове, которое отец писателя купил в 1847. Первая же поездка туда (1848, по пути Островский осматривал старинные русские города Переславль Залесский, Ростов, Ярославль, Кострому) произвела огромное впечатление на Островского (осталась восторженная запись в дневнике). После смерти отца Островский с братом М. Н. Островским выкупил имение у мачехи (1867). С Щелыковым связана история создания многих пьес.
В целом страстная сосредоточенность Островского на творчестве и театральных делах, сделав его жизнь бедной внешними событиями, нерасторжимо сплела ее с судьбой русского театра. Умер писатель за письменным столом в Щелыкове, работая над переводом пьесы Шекспира «Антоний и Клеопатра».
В творческом пути Островского можно выделить следующие периоды: ранний, 1847-51 - проба сил, поиски своего пути, завершившиеся триумфальным вступлением в большую литературу комедией «Свои люди - сочтемся!». Этот начальный период проходит под знаком влияния «натуральной школы». Следующий, москвитянинский период, 1852-54 - активное участие в кружке молодых сотрудников «Москвитянина», стремившихся сделать журнал органом течения общественной мысли, родственного славянофильству (пьесы «Не в свои сани не садись», «Бедность не порок», «Не так живи, как хочется»). Окончательно определяется мировоззрение Островского в предреформенный период, 1855-60; происходит его сближение с народниками («В чужом пиру похмелье», «Доходное место», «Воспитанница», «Гроза»). И последний, пореформенный период - 1861-86.
Пьеса «Свои люди - сочтемся!» обладает достаточно сложной композиционной структурой, объединяющей нравоописательную очерковость с напряженной интригой, и вместе с тем характерной для Островского неторопливостью развертывания событий. Пространная замедленная экспозиция объясняется тем, что драматическое действие у Островского не исчерпывается интригой. В него втянуты и нравоописательные эпизоды, обладающие потенциальной конфликтностью (споры Липочки с матерью, визиты свахи, сцены с Тишкой). Своеобразно динамичны и беседы героев, не приводящие ни к каким непосредственным результатам, но имеющие свое «микродействие», которое можно назвать речевым движением. Речь, самый способ рассуждений так важен и интересен, что зритель следит за всеми поворотами, казалось бы, пустой болтовни. У Островского сама речь героев - почти самостоятельный объект художественного изображения.
Комедия Островского, рисуя как будто экзотический быт замкнутого купеческого мира, на самом деле по-своему отражала общерусские процессы и перемены. Здесь тоже происходит конфликт «отцов» и «детей». Здесь говорят о просвещении и эмансипации, не зная, конечно, этих слов; но в мире, самую основу которого составляют обман и насилие, все эти высокие понятия и освобождающее веяние жизни искажаются, как в кривом зеркале. Антагонизм богатых и бедных, зависимых, «младших» и «старших» развернут и продемонстрирован в сфере борьбы не за равноправие или свободу личного чувства, а в корыстных интересах, стремлении разбогатеть и «зажить по своей воле». Высокие ценности подменены своими пародийными двойниками. Образованность - не что иное, как желание следовать моде, презрение к обычаям и предпочтение «благородных» кавалеров «бородатым» женихам.
В комедии Островского идет война всех против всех, и в самом антагонизме драматург вскрывает глубокое единство персонажей: добытое обманом удерживается только насилием, грубость чувств - естественное порождение грубости нравов и принуждения. Острота социального критицизма не мешает объективности в обрисовке характеров, особенно заметной в образе Большова. Его грубое самодурство сочетается с прямотой и простодушием, с искренним страданием в финальных сценах. Вводя в пьесу как бы 3 этапа купеческой биографии (упоминание о прошлом Большова, образ Тишки с его наивным накопительством, «преданного» Подхалюзина, обкрадывающего хозяина), Островский добивается эпической глубины, показывая истоки характера и «кризис». История замоскворецкого купеческого дома предстает не как «анекдот», результат личных пороков, а как проявление жизненных закономерностей.
После того как Островский создал в комедии «Свои люди - сочтемся!» столь безотрадную картину внутренней жизни купеческого дома, у него возникла потребность найти положительные начала, способные противостоять аморализму и жестокости современного ему общества. Направление поисков определялось участием драматурга в «молодой редакции» «Москвитянина». В самом конце царствования имп. Николая I Островский создает своеобразную патриархальную утопию в пьесах москвитянинского периода.
Для москвитянинцев была характерна сосредоточенность на идее национальной самобытности, которая разрабатывалась ими преимущественно в сфере теории искусства, особенно проявляясь в интересе к народной песне, а также к допетровским формам русского быта, сохранявшимся еще в среде крестьянства и патриархального купечества. Патриархальная семья представлялась москвитянинцам моделью идеального общественного устройства, где отношения между людьми были бы гармоничны, а иерархия основывалась бы не на принуждении и насилии, но на признании авторитета старшинства и житейского опыта. Последовательно сформулированной теории или, тем более, программы у москвитянинцев не было. Однако в литературной критике они неизменно защищали патриархальные формы и противопоставляли их нормам «европеизированного» дворянского общества не только как исконно национальные, но и как более демократичные.
Островский и в этот период видит социальную конфликтность изображаемого им быта, показывает, что идиллия патриархальной семьи чревата драмой. Правда, в первой москвитянинской пьесе «Не в свои сани не садись» драматизм внутрисемейных отношений подчеркнуто лишен социальной окраски. Социальные мотивы здесь связаны лишь с образом дворянского прожигателя жизни Вихорева. Зато следующая, лучшая пьеса этого периода «Бедность не порок» доводит социальную конфликтность в семье Торцовых до высокого напряжения. Власть «старших» над «младшими» тут имеет отчетливо денежный характер. В этой пьесе впервые у Островского очень тесно сплетается комедийное и драматическое начало, что в дальнейшем будет отличительной чертой его творчества. Связь с москвитянинскими идеями здесь проявляется не в сглаживании противоречий жизни, а в понимании этой противоречивости как «соблазна» современной цивилизации, как результат вторжения посторонних, внутренне чуждых патриархальному миру начал, олицетворенных в фигуре фабриканта Коршунова. Для Островского самодур Гордей, сбитый с толку Коршуновым, отнюдь не подлинный носитель патриархальной морали, а человек, ей изменивший, но способный к ней возвратиться под влиянием пережитого в финале потрясения. Поэтический образ мира народной культуры и нравственности, созданный Островским (сцены святок и особенно народные песни, служащие как бы лирическим комментарием к судьбе молодых героев), своим обаянием, чистотой противостоит самодурству, но он нуждается, однако, в поддержке, он хрупок и беззащитен перед натиском «современного». Не случайно в пьесах москвитянинского периода единственным героем, активно влияющим на ход событий, оказался Любим Торцов, человек, «выломившийся» из патриархального быта, обретший горький жизненный опыт за его пределами и поэтому сумевший взглянуть на события в своей семье со стороны, трезво оценить их и направить их течение к общему благополучию. Крупнейшее достижение Островского состоит именно в создании образа Любима Торцова, одновременно и поэтического и весьма жизненного.
Исследуя в москвитянинский период архаичные формы быта в семейных отношениях купечества, Островский создает художественную утопию, мир, где, опираясь на народные (крестьянские в своих истоках) представления о нравственности, оказывается возможным преодолеть рознь и ожесточенный индивидуализм, все более распространяющийся в современном обществе, достигнуть утраченное, разрушенное историей, единение людей. Но изменение всей атмосферы русской жизни в преддверии отмены крепостного права приводит Островского к пониманию утопичности и несбыточности этого идеала. Новый этап его пути начинается пьесой «В чужом пиру похмелье» (1855-56), где создан ярчайший образ купца-самодура Тита Титыча Брускова, ставший нарицательным. Островский шире охватывает жизнь общества, обращаясь к традиционным для русской литературы темам и разрабатывая их совершенно оригинально. Касаясь в «Доходном месте» (1856) широко обсуждавшейся темы чиновничества, Островский не только обличает лихоимство и произвол, но вскрывает исторические и социальные корни «подъяческой философии» (образ Юсова), иллюзорность надежд на новое поколение образованных чиновников: сама жизнь толкает их к компромиссу (Жадов). В «Воспитаннице» (1858) Островский рисует «самодурную» жизнь помещичьей усадьбы без малейшего лиризма, столь обычного у писателей-дворян при обращении к поместному быту.
Но высшим художественным достижением Островского в предреформенные годы стала «Гроза» (1859), в которой он открыл народный героический характер. В пьесе показано, как нарушение идиллической гармонии патриархальной семейной жизни может привести к трагедии. Главная героиня пьесы Катерина живет в эпоху, когда разрушается самый дух - гармония между отдельным человеком и нравственными представлениями среды. В душе героини рождается отношение к миру, новое чувство, еще самой ей неясное, - просыпающееся чувство личности, которое в соответствии с ее положением и жизненным опытом принимает форму индивидуальной, личной любви. В Катерине рождается и растет страсть, но эта страсть в высшей степени одухотворенная, далекая от бездумного стремления к потаенным радостям. Проснувшееся чувство любви воспринимается Катериной как грех страшный, несмываемый, потому что любовь к чужому человеку для нее, замужней женщины, есть нарушение нравственного долга. Моральные заповеди патриархального мира для Катерины полны первозданного смысла и значения. Уже осознав свою любовь к Борису, она изо всех сил стремится ей противостоять, но не находит опоры в этой борьбе: вокруг нее уже все рушится, и все, на что она пытается опереться, оказывается пустой оболочкой, лишенной подлинного нравственного содержания. Для Катерины же форма и ритуал сами по себе не имеют значения - ей важна человеческая суть отношений. В моральной ценности своих нравственных представлений Катерина не сомневается, она только видит, что никому в мире и дела нет до подлинной сути этих ценностей и в своей борьбе она одинока. Мир патриархальных отношений умирает, и душа этого мира уходит из жизни в муках и страданиях. Под пером Островского задуманная социально-бытовая драма из жизни купечества переросла в трагедию. Он показал народный характер на крутом историческом переломе - отсюда и масштабность «семейной истории», могучая символика «Грозы».
Хотя современная социально-бытовая драматургия - основная часть наследия Островского, в 60-е он обращается к исторической драме, разделяя общий интерес русской культуры этого периода к прошлому. В связи с просветительским пониманием задач театра Островский считал пьесы на темы национальной истории необходимыми в репертуаре, полагая, что исторические драмы и хроники «развивают самопознание и воспитывают сознательную любовь к отечеству». Для Островского история - сфера высокого в национальном бытии (это определило обращение к стихотворной форме). Исторические пьесы Островского неоднородны по жанру. Среди них есть хроники («Козьма Захарьич Минин-Сухорук», 1862; «Дмитрий Самозванец и Василий Шуйский», 1867; «Тушино», 1867), историко-бытовые комедии («Воевода», 1865; «Комик XVII столетия», 1873), психологическая драма «Василиса Мелентьева» (в соавторстве с С. А. Гедеоновым, 1868). Предпочтение хроники традиционному жанру исторической трагедии, как и обращение к Смутному времени, определялось народным характером театра Островского, его интересом к историческому деянию русского народа.
В пореформенный период в России рушится замкнутость сословных и культурно-бытовых групп общества; «европеизированный» уклад жизни, бывший ранее привилегией дворянства, становится нормой. Социальная пестрота характеризует и картину жизни, создаваемую Островским в пореформенный период. Тематический и временной диапазон его драматургии делается чрезвычайно широким: от исторических событий и частной жизни XVII в. до самой горячей злобы дня; от жителей захолустья, бедных мещанских окраин до современных «цивилизованных» предпринимателей-воротил; от растревоженных реформами дворянских гостиных до лесной дороги, на которой встречаются актеры Счастливцев и Несчастливцев («Лес»).
У раннего Островского нет характерного для большинства русских писателей-классиков героя-интеллигента, дворянского «лишнего человека». В к. 60-х он обращается к типу дворянского героя-интеллигента. Комедия «На всякого мудреца довольно простоты» (1868) - начало своеобразного антидворянского цикла. Хотя социальная критика есть во всех пьесах Островского, собственно сатирических комедий у него немного: «На всякого мудреца довольно простоты», «Бешеные деньги» (1870), «Лес» (1871), «Волки и овцы» (1875). Здесь в сферу сатирического изображения вовлечены не отдельные персонажи или сюжетные линии, но вся представленная жизнь, не столько люди, личности, сколько уклад в целом, ход вещей. Пьесы не связаны сюжетно, но это именно цикл, в целом дающий широкое полотно жизни пореформенного дворянства. По принципам поэтики эти пьесы значительно отличаются от главного жанра дореформенного творчества - созданного Островским типа народной комедии.
Островский в комедии «На всякого мудреца довольно простоты» с сатирической остротой и с характерной для своей манеры объективностью запечатлел особый тип эволюции «лишнего человека». Путь Глумова - это путь предательства по отношению к собственной личности, нравственного раздвоения, ведущего к цинизму и аморальности. Высоким же героем в пореформенной драматургии Островского оказывается не благородный дворянин, а нищий актер Несчастливцев. И «путь в герои» этот деклассированный дворянин проходит на глазах у зрителей, разыгрывая сперва роль барина, вернувшегося отдохнуть в родные края, а в финале резко и решительно порывающего с миром усадьбы, произнося суд над ее обитателями с позиций служителя высокого, гуманного искусства.
Широкая картина сложных социальных процессов, происходящих в России после десятилетия реформ, роднит «Лес» с великими русскими романами 70-х. Как и Л. Н. Толстой, Ф. М. Достоевский, М. Е. Салтыков-Щедрин (именно в этот период создавший свой «усадебный семейный роман» «Господа Головлевы»), Островский чутко уловил, что в России «все переворотилось и только укладывается» (как сказано в «Анне Карениной»). И в зеркале семьи отражается эта новая действительность. Через семейный конфликт в комедии Островского просвечивают огромные сдвиги, происходящие в русской жизни.
Дворянская усадьба, ее хозяйка, респектабельные гости-соседи обрисованы Островским со всей силой сатирического обличения. Бадаев и Милонов со своими разговорами о «нынешних временах» похожи на щедринских персонажей. Не являясь участниками интриги, они, однако, нужны не только для характеристики среды, но участвуют в действии как необходимые зрители спектакля, разыгрываемого главными антагонистами пьесы - Гурмыжской и Несчастливцевым. Каждый из них ставит свой спектакль. Путь Несчастливцева в пьесе - это прорыв от надуманной мелодрамы к подлинной жизненной высоте, поражение героя в «комедиантстве» и нравственная победа в подлинной жизни. При этом, и выйдя из мелодраматической роли, Несчастливцев оказывается актером. Последний его монолог незаметно переходит в монолог Карла Мора из «Разбойников» Ф. Шиллера, как будто Шиллер судит обитателей этого «леса». Мелодрама отброшена, на помощь актеру приходит большое, настоящее искусство. Гурмыжская же отказалась от дорогостоящей роли главы патриархального дворянского рода, опекающей своих менее удачливых родственников. Из усадьбы Пеньки уходит в купеческий дом воспитанница Аксюша, получившая приданое от бедного актера. По проселочным дорогам пешком, с котомкой за плечами уходит последний Гурмыжский - странствующий актер Несчастливцев. Семья исчезает, распадается; возникает «случайное семейство» (выражение Достоевского) - супружеская пара, состоящая из помещицы сильно за пятьдесят и недоучившегося гимназиста.
В работе над сатирическими комедиями из современной жизни складывалась новая стилевая манера Островского, не вытесняющая, однако, прежнюю, а сложно взаимодействующая с ней. Приход его в литературу был ознаменован созданием национально-самобытного театрального стиля, опирающегося в поэтике на фольклорную традицию (что определялось характером изображаемой ранним Островским «доличностной» среды). Новая манера связана с общелитературной традицией XIX в., с открытиями повествовательной прозы, с исследованием личностного героя-современника. Новая задача подготавливала развитие психологизма в искусстве Островского.
В наследии Островского и в русской драматургии в целом совершенно особое место занимает пьеса «Снегурочка» (1873). Задуманная как феерия, веселое представление для праздничных спектаклей, написанная на сюжет народных сказок и широко использующая другие формы фольклора, прежде всего календарную поэзию, в процессе создания пьеса переросла замысел. В жанровом отношении она сопоставима с европейской философско-символической драмой, напр. с «Пер Гюнтом» Ибсена. В «Снегурочке» с большой силой выразилось лирическое начало драматургии Островского. Иногда «Снегурочку» без достаточных оснований называют утопией. Между тем утопия содержит представление об идеально справедливом, с точки зрения ее создателей, устройстве общества, она должна быть абсолютно оптимистична, сам жанр как бы призван преодолеть трагические противоречия жизни, разрешив их в фантастической гармонии. Однако жизнь, изображенная в «Снегурочке», прекрасная и поэтичная, далека от идиллии. Берендеи предельно близки к природе, не знают зла и обмана, как не знает его природа. Но все, что собственной волей или силой обстоятельств выпадает из этого круговорота естественной жизни, должно здесь неминуемо погибнуть. И эту трагическую обреченность всего выходящего за пределы «органической» жизни воплощает судьба Снегурочки; не случайно она гибнет именно тогда, когда приняла закон жизни берендеев и готова воплотить свою проснувшуюся любовь в бытовые формы. Это недоступно ни ей, ни Мизгирю, чья страсть, незнакомая берендеям, выталкивает его из круга мирной жизни. Однозначно оптимистическая трактовка финала создает противоречие с непосредственным зрительским сочувствием погибшим героям, поэтому она неверна. «Снегурочка» не укладывается в жанр сказки, она приближается к мистериальному действу. Мифологический сюжет не может иметь непредсказуемый финал. Приход лета неотвратим, и Снегурочка не может не растаять. Все это не обесценивает, однако, ее выбора и жертвы. Действующие лица вовсе не пассивны и покорны - действо отнюдь не отменяет обычного действия. Мистериальное действо есть каждый раз новое воплощение сущностных основ жизни. Свободное волеизъявление Снегурочки и Мизгиря у Островского включено внутрь этого жизненного цикла. Трагедия Снегурочки и Мизгиря не только не колеблет мир, но даже способствует нормальному течению жизни, даже и спасает берендеево царство от «остуды». Мир Островского может быть трагедиен, но не катастрофичен. Отсюда непривычное, неожиданное сочетание в финале трагизма и оптимистичности.
В «Снегурочке» создан максимально обобщенный образ «мира Островского», воспроизводящий в фольклорно-символической форме глубоко лирическое авторское представление о сути национальной жизни, преодолевающей, но не отменяющей трагизм индивидуально-личностного бытия.
В художественной системе Островского драма формировалась в недрах комедии. Писатель разрабатывает такой тип комедии, в котором наряду с отрицательными персонажами непременно присутствуют их жертвы, вызывающие наше сочувствие и сострадание. Это предопределило драматические потенции его комедийного мира. Драматизм отдельных ситуаций, иногда судеб со временем разрастается все больше и как бы расшатывает, разрушает комедийную структуру, не лишая, однако, пьесу черт «крупного комизма». «Шутники» (1864), «Пучина» (1866), «Не было ни гроша, да вдруг алтын» (1872) - явные свидетельства этого процесса. Здесь постепенно накапливаются качества, необходимые для возникновения драмы в узком значении термина. Это прежде всего - личностное сознание. Пока герой не чувствует себя духовно противостоящим среде и вообще себя от нее не отделяет, он, даже вызывая полное сочувствие, еще не может стать героем драмы. В «Шутниках» старый стряпчий Оброшенов горячо защищает свое право быть «шутом», раз это дает ему возможность кормить семью. «Сильный драматизм» его монолога возникает как результат духовной работы зрителя, но остается вне сферы сознания самого героя. С точки зрения становления жанра драмы очень важна «Пучина».
Становление личного нравственного достоинства бедных тружеников, городской массы, осознание в этой среде внесословной ценности индивидуального человека привлекает пристальный интерес Островского. Вызванный реформой подъем чувства личности, захвативший достаточно широкие слои российского населения, дает материал для создания драмы. В художественном мире Островского этот драматический по характеру конфликт нередко, однако, продолжает воплощаться в комедийной структуре. Один из наиболее выразительных примеров борьбы собственно драматического и комедийного - «Правда хорошо, а счастье лучше» (1876).
Становление драмы было связано с поисками героя, который, во-первых, был способен вступить в драматическую борьбу и, во-вторых, вызвать сочувствие зрителя, имея достойную цель. Интерес такой драмы должен быть сосредоточен на самом действии, на перипетиях этой борьбы. В условиях русской пореформенной действительности Островский, однако, не находил героя, который мог бы одновременно и оказаться человеком дела, способным вступить в серьезную жизненную борьбу, и вызвать сочувствие зрителей своими моральными качествами. Все герои в драмах Островского - либо черствые преуспевающие дельцы, пошлые, циничные прожигатели жизни, либо прекраснодушные идеалисты, бессилие которых перед «деловым человеком» предопределено. Они не могли стать центром драматического действия - им становится женщина, что объясняется самим ее положением в современном Островскому обществе.
Драма Островского - семейно-бытовая. Строй современной жизни, ее социальное лицо он умеет показать, оставаясь в этих сюжетных рамках, поскольку его как художника интересует преломление всех проблем современности в нравственной сфере. Выдвижение в центр женщины естественно переносит акцент с действия в собственном смысле на чувства персонажей, что создает условия для развития именно психологической драмы. Самой совершенной из них по праву считается «Бесприданница» (1879).
В этой пьесе нет абсолютного противостояния героини и среды: в отличие от героини «Грозы», Лариса лишена цельности. Стихийное стремление к нравственной чистоте, правдивость - все, что идет от ее богато одаренной натуры, высоко поднимает героиню над окружающими. Но сама житейская драма Ларисы - результат того, что буржуазные представления о жизни имеют над ней власть. Ведь и Паратова полюбила не безотчетно, а, по ее собственным словам, потому, что «Сергей Сергеич это... идеал мужчины». Между тем мотив торговли, ходящий через всю пьесу и концентрирующийся в главном сюжетном действии - торге из-за Ларисы, - охватывает всех героев-мужчин, среди которых Лариса должна сделать свой жизненный выбор. И Паратов здесь не только не исключение, но, как выясняется, самый жестокий и бесчестный участник торга. Сложность характеров (противоречивость их внутреннего мира, как у Ларисы; несоответствие внутренней сущности и внешнего рисунка поведения героя, как у Паратова) требует избранного Островским жанрового решения - формы психологической драмы. Репутация Паратова - большой барин, широкая натура, бесшабашный храбрец. И все эти краски и жесты Островский ему оставляет. Но, с др. стороны, он тонко и как бы между прочим накапливает штрихи и реплики, открывающие его истинное лицо. В первой же сцене появления Паратова зритель слышит его признание: «Что такое “жалость”, этого я не знаю. У меня, Мокий Парменыч, - ничего заветного нет; найду выгоду, так все продам, что угодно». И непосредственно вслед за этим выясняется, что продает Паратов не только «Ласточку» Вожеватову, но и себя невесте с золотыми приисками. В конечном итоге компрометирует Паратова и сцена в доме Карандышева, потому что отделка квартиры злополучного жениха Ларисы и попытка устроить роскошный обед - карикатура на стиль, образ жизни Паратова. И вся разница измеряется в суммах, которые каждый из героев может на это истратить.
Средством психологических характеристик у Островского являются не самопризнания героев, не рассуждения о чувствах и свойствах их, но преимущественно их действия и бытовой, а не аналитический диалог. Как это типично для классической драмы, характеры не изменяются в процессе драматического действия, а лишь постепенно раскрываются перед зрителями. Даже о Ларисе можно сказать то же: она прозревает, узнает правду об окружающих ее людях, принимает страшное решение стать «очень дорогой вещью». И только смерть освобождает ее от всего, чем наделил житейский опыт. В этот момент она как бы возвращается к естественной красоте своей натуры. Мощный финал драмы - смерть героини среди праздничного шума, под пение цыган - поражает своей художнической дерзостью. Душевное состояние Ларисы показано Островским в характерном для его театра стиле «сильного драматизма» и при этом с безупречной психологической точностью. Она смягчена и успокоена, всех прощает, потому что счастлива тем, что наконец-то вызвала вспышку человеческого чувства - безрассудный, самоубийственный поступок Карандышева, освободивший ее от страшной жизни содержанки. Редкий художественный эффект этой сцены Островский строит на остром столкновении разнонаправленных эмоций: чем более мягкости и всепрощения у героини, тем строже суд зрителя.
В творчестве Островского психологическая драма была жанром становящимся, поэтому наряду с такими значительными пьесами, как «Последняя жертва» (1878), «Таланты и поклонники» (1882), «Без вины виноватые» (1884), таким шедевром, как «Бесприданница», в этом жанре писатель знал и относительные неудачи. Однако лучшие работы Островского заложили основы для дальнейшего развития психологической драмы. Создав целый репертуар для русского театра (ок. 50 оригинальных пьес), Островский стремился и к тому, чтобы пополнять его как мировой классикой, так и пьесами современных русских и европейских драматургов. Он перевел 22 пьесы, среди них «Укрощение строптивой» Шекспира, «Кофейная» Гольдони, интермедии Сервантеса и мн. др. Островский читал множество рукописей начинающих драматургов, помогал им советами, а в 70-е и 80-е написал несколько пьес в соавторстве с Н. Я. Соловьевым («Счастливый день», 1877; «Женитьба Белугина», 1878; «Дикарка», 1880; «Светит, да не греет», 1881) и П. М. Невежиным («Блажь», 1881; «Старое по-новому», 1882).
Журавлева А.
Использованы материалы сайта Большая энциклопедия русского народа - http://www.rusinst.ru
Островский, Александр Николаевич - знаменитый драматический писатель. Родился 31 марта 1823 г. в Москве, где его отец служил в гражданской палате, а затем занимался частной адвокатурой. Матери Островский лишился еще в детстве и никакого систематического образования не получил. Все его детство и часть юности прошли в самом центре Замоскворечья, бывшего в ту пору, по условиям своей жизни, совершенно особым миром. Этот мир населил его воображение теми представлениями и типами, которые он впоследствии воспроизвел в своих комедиях. Благодаря большой библиотеке отца Островский рано ознакомился с русской литературой и почувствовал наклонность к писательству; но отец непременно хотел сделать из него юриста. Окончив гимназический курс, Островский поступил на юридический факультет Московского университета. Окончить курс ему не удалось вследствие какого-то столкновения с одним из профессоров. По желанию отца, он поступил на службу писцом, сначала в совестный, потом - в коммерческий суд. Этим и определился характер первых его литературных опытов; в суде он продолжал наблюдения над знакомыми ему с детства своеобразными замоскворецкими типами, напрашивавшимися на литературную обработку. К 1846 г. им было уже написано много сцен из купеческого быта, и задумана комедия: "Несостоятельный должник" (впоследствии - "Свои люди - сочтемся"). Небольшой отрывок из этой комедии был напечатан в № 7 "Московского Городского Листка" 1847 г.; под отрывком поставлены буквы: "А. О." и "Д. Г.", то есть А. Островский и Дмитрий Горев. Последний был провинциальный актер (настоящая фамилия - Тарасенков), автор двух-трех пьес, уже игранных на сцене, случайно познакомившийся с Островским и предложивший ему свое сотрудничество. Оно не пошло дальше одной сцены, а впоследствии послужило для Островского источником большой неприятности, так как дало его недоброжелателям повод обвинять его в присвоении чужого литературного труда. В № 60 и 61 той же газеты явилось, без подписи, другое, уже вполне самостоятельное произведение Островского - "Картины московской жизни. Картина семейного счастья". Эти сцены были перепечатаны, в исправленном виде и с именем автора, под заглавием: "Семейная картина", в "Современнике" 1856 г., № 4. "Семейную картину" сам Островский считал своим первым печатным произведением и именно с нее вел начало своей литературной деятельности. Самым памятным и дорогим днем своей жизни он признавал 14 февраля 1847 г.: в этот день он посетил С.П. Шевырева и, в присутствии А.С. Хомякова, профессоров, писателей, сотрудников "Московского Городского Листка", прочел эту пьесу, явившуюся в печати месяц спустя. Шевырев и Хомяков, обнимая молодого писателя, приветствовали его драматический талант. "С этого дня, - говорит Островский, - я стал считать себя русским писателем и уже без сомнений и колебаний поверил в свое призвание". Он пробовал силы также и в повествовательном роде, в фельетонных рассказах из замоскворецкого быта. В том же "Московском Городском Листке" (№ 119 - 121) напечатан один из этих рассказов: "Иван Ерофеич", с общим заглавием: "Записки замоскворецкого жителя"; два другие рассказа той же серии: "Сказание о том, как квартальный надзиратель пускался в пляс, или От великого до смешного один только шаг", и "Две биографии" остались ненапечатанными, а последний даже не был окончен. К концу 1849 г. была уже написана комедия под заглавием: "Банкрут". Островский читал ее своему университетскому товарищу А.Ф. Писемскому; в это же время он познакомился со знаменитым артистом П.М. Садовским, который увидел в его комедии литературное откровение и стал читать ее в разных московских кружках, между прочим - у графини Е.П. Ростопчиной, у которой обычно собирались молодые писатели, только что начинавшие тогда свою литературную деятельность (Б.Н. Алмазов, Н.В. Берг, Л.А. Мей, Т.И. Филиппов, Н.И. Шаповалов, Е.Н. Эдельсон). Все они находились в близких, дружеских отношениях с Островским еще со времен его студенчества, и все приняли предложение Погодина работать в обновленном "Москвитянине", составив так называемую "молодую редакцию" этого журнала. Вскоре выдающееся положение в этом кружке занял Аполлон Григорьев, выступивший провозвестником самобытности в литературе и ставший горячим защитником и хвалителем Островского, как представителя этой самобытности. Комедия Островского, под измененным заглавием: "Свои люди - сочтемся", после долгих хлопот с цензурой, доходивших до обращения к самым высшим инстанциям, была напечатана во 2-й мартовской книге "Москвитянина" 1850 г., но не разрешена к представлению; цензура не позволяла даже и говорить об этой пьесе в печати. На сцене она явилась только в 1861 г., с переделанным против напечатанного окончанием. Вслед за этой первой комедией Островского в "Москвитянине" и других журналах ежегодно стали появляться и другие его пьесы: в 1850 г. - "Утро молодого человека", в 1851 г. - "Неожиданный случай", в 1852 г. - "Бедная невеста", в 1853 г. - "Не в свои сани не садись" (первая из пьес Островского, попавшая на сцену Московского Малого театра, 14 января 1853 г.), в 1854 г. - "Бедность не порок", в 1855 г. - "Не так живи, как хочется", в 1856 г. - "В чужом пиру похмелье". Во всех этих пьесах Островский явился изобразителем таких сторон русской жизни, которые до него почти вовсе не затрагивались литературой и совершенно не воспроизводились на сцене. Глубокое знание быта изображаемой среды, яркая жизненность и правда изображения, своеобразный, живой и красочный язык, отчетливо отражающий в себе ту настоящую русскую речь "московских просвирен", учиться которой Пушкин советовал русским писателям - весь этот художественный реализм со всей простотой и искренностью, до которых не поднимался даже Гоголь, был встречен в нашей критике одними с бурным восторгом, другими - с недоумением, отрицанием и насмешками. В то время как А. Григорьев, провозглашая себя "пророком Островского", неустанно твердил, что в произведениях молодого драматурга нашло выражение "новое слово" нашей литературы, именно - "народность", критики прогрессивного направления укоряли Островского за тяготение к допетровской старине, к "славянофильству" погостинского толка, видели в его комедиях даже идеализацию самодурства, называли его "гостинодворским Коцебу". Чернышевский резко отрицательно отнесся к пьесе "Бедность не порок", усмотрев в ней какую-то сентиментальную слащавость в изображении беспросветного, якобы "патриархального", быта; другие критики негодовали на Островского за то, что он возводит на степень "героев" какие-то чуйки и сапоги бутылками. Свободная от эстетической и политической предвзятости театральная публика бесповоротно решила дело в пользу Островского. Талантливейшие московские актеры и актрисы - Садовский, С. Васильев, Степанов, Никулина-Косицкая, Бороздина и другие, - принужденные до тех пор выступать, за единичными исключениями, или в пошлых водевилях, или в переделанных с французского ходульных мелодрамах, написанных, к тому же, варварским языком, сразу почувствовали в пьесах Островского веяние живой, близкой и родной им русской жизни и отдали все свои силы правдивому ее изображению на сцене. И театральная публика увидела в исполнении этих артистов действительно "новое слово" сценического искусства - простоту и естественность, увидела людей, живущих на сцене без всякого притворства. Своими произведениями Островский создал школу настоящего русского драматического искусства, простого и реального, настолько же чуждого вычурности и аффектации, насколько чужды ей все великие произведения нашей литературы. Эта его заслуга была прежде всего понята и оценена в театральной среде, наиболее свободной от предвзятых теорий. Когда в 1856 г., по мысли великого князя Константина Николаевича, состоялась командировка выдающихся литераторов для изучения и описания различных местностей России в промышленном и бытовом отношениях, Островский взял на себя изучение Волги от верховьев до Нижнего. Короткий отчет об этой поездке появился в "Морском Сборнике" 1859 г., полный - остался в бумагах автора и впоследствии (1890) был обработан С.В. Максимовым, но до сих пор остается ненапечатанным. Несколько месяцев, проведенных в непосредственной близости к местному населению, дали Островскому много живых впечатлений, расширили и углубили знание русского быта в его художественном выражении - в метком слове, песне, сказке, историческом предании, в сохранявшихся еще по захолустьям нравах и обычаях старины. Все это отразилось в позднейших произведениях Островского и еще более упрочило их национальное значение. Не ограничиваясь жизнью замоскворецкого купечества, Островский вводит в круг действующих лиц мир крупного и мелкого чиновничества, а затем и помещиков. В 1857 г. написаны "Доходное место" и "Праздничный сон до обеда" (первая часть "трилогии" о Бальзаминове; две дальнейшие части - "Свои собаки грызутся, чужая не приставай" и "За чем пойдешь, то и найдешь", - появились в 1861 г.), в 1858 г. - "Не сошлись характерами" (первоначально написано в виде повести), в 1859 г. - "Воспитанница". В том же году появились два тома сочинений Островского, в издании графа Г.А. Кушелева-Безбородко. Это издание и послужило поводом для той блестящей оценки, которую дал Островскому Добролюбов и которая закрепила за ним славу изобразителя "темного царства". Вчитываясь теперь, по истечении полувека, в статьи Добролюбова, мы не можем не видеть их публицистического характера. Сам Островский по своей природе был вовсе не сатирик, даже почти не юморист; с истинно эпической объективностью, заботясь только о правде и жизненности изображения, он "спокойно зрел на правых и виновных, не ведая ни жалости, ни гнева" и нимало не скрывая своей любви к простому "русачку", в котором даже среди уродливых проявлений быта всегда умел находить те или иные привлекательные черты. Островский и сам был таким "русачком", и все русское находило в его сердце сочувственный отзвук. По собственным его словам, он заботился прежде всего о том, чтобы показать на сцене русского человека: "пусть видит себя и радуется. Исправители найдутся и без нас. Чтобы иметь право исправлять народ, надо ему показать, что знаешь за ним и хорошее". Добролюбов, впрочем, не думал навязывать Островскому определенных тенденций, а просто пользовался его пьесами, как правдивым изображением русской жизни, для собственных, вполне самостоятельных заключений. В 1860 г. явилась в печати "Гроза", вызвавшая вторую замечательную статью Добролюбова ("Луч света в темном царстве"). В этой пьесе отразились впечатления поездки на Волгу и, в частности, посещение автором Торжка. Еще более ярким отражением волжских впечатлений явилась напечатанная в № 1 "Современника" 1862 г. драматическая хроника: "Козьма Захарьич Минин-Сухорук". В этой пьесе Островский впервые взялся за обработку исторической темы, подсказанной ему как нижегородскими преданиями, так и внимательным изучением нашей истории XVII века. Чуткому художнику удалось подметить в мертвых памятниках живые черты народного быта и в совершенстве овладеть языком изучаемой эпохи, на котором он и впоследствии, ради шутки, писал целые письма. "Минин", получивший одобрение государя, был, однако, запрещен драматической цензурой и мог появиться на сцене только 4 года спустя. На сцене пьеса не имела успеха вследствие своей растянутости и не всегда удачного лиризма, но критика не могла не заметить высокого достоинства отдельных сцен и фигур. В 1863 г. Островский напечатал драму из народной жизни: "Грех да беда на кого не живет" и затем снова вернулся к картинам Замоскворечья в комедиях: "Тяжелые дни" (1863) и "Шутники" (1864). В то же время он был занят обработкой начатой еще во время поездки на Волгу большой пьесы в стихах, из жизни XVII века. Она появилась в № 1 "Современника" 1865 г. под заглавием: "Воевода, или Сон на Волге". Эта превосходная поэтическая фантазия, нечто вроде драматизированной былины, заключает в себе ряд ярких бытовых картин давно минувшего, сквозь дымку которого чувствуется во многих местах близость к быту, и доныне еще не отошедшему всецело в прошедшее. Волжскими же впечатлениями навеяна и комедия "На бойком месте", напечатанная в № 9 "Современника" 1865 г. С половины 60-х годов Островский усердно занялся историей Смутного времени и вступил в оживленную переписку с Костомаровым, изучавшим в то время ту же эпоху. Результатом этой работы были две напечатанные в 1867 г. драматические хроники: "Дмитрий Самозванец и Василий Шуйский" и "Тушино". В № 1 "Вестнике Европы" 1868 г. появилась еще историческая драма, из времен Ивана Грозного, "Василиса Мелентьева", написанная в сотрудничестве с директором театров Гедеоновым. С этого времени начинается ряд пьес Островского, написанных, по его выражению, в "новой манере". Их предметом служит изображение уже не купеческого и мещанского, а дворянского быта: "На всякого мудреца довольно простоты", 1868; "Бешеные деньги", 1870; "Лес", 1871. Вперемежку с ними идут и бытовые комедии "старой манеры": "Горячее сердце" (1869), "Не все коту масленица" (1871), "Не было ни гроша, да вдруг алтын" (1872). В 1873 г. написаны две пьесы, занимающие среди произведений Островского особое положение: "Комик XVII столетия" (к 200-летию русского театра) и драматическая сказка в стихах "Снегурочка", одно из замечательнейших созданий русской поэзии. В дальнейших своих произведениях 70-х и 80-х годов Островский обращается к быту различных слоев общества - и дворянского, и чиновничьего, и купеческого, причем в последнем отмечает перемены воззрений и обстановки, вызванные требованиями новой русской жизни. К этому периоду деятельности Островского относятся: "Поздняя любовь" и "Трудовой хлеб" (1874), "Волки и овцы" (1875), "Богатые невесты" (1876), "Правда - хорошо, а счастье лучше" (1877), "Последняя жертва" (1878), "Бесприданница" и "Добрый барин" (1879), "Сердце не камень" (1880), "Невольницы" (1881), "Таланты и поклонники" (1882), "Красавец-мужчина" (1883), "Без вины виноватые" (1884) и, наконец, последняя, слабая по замыслу и исполнению, пьеса: "Не от мира сего" (1885). Кроме того, несколько пьес написано Островским в сотрудничестве с другими лицами: с Н.Я. Соловьевым - "Женитьба Белугина" (1878), "Дикарка" (1880) и "Светит да не греет" (1881); с П.М. Невежиным - "Блажь" (1881). Островскому принадлежит также целый ряд переводов иностранных пьес: "Усмирение своенравной" Шекспира (1865), "Великий банкир" Итало Франки (1871), "Заблудшие овцы" Теобальдо Чикони (1872), "Кофейная" Гольдони (1872), "Семья преступника" Джакометти (1872), переделка с французского "Рабство мужей" и, наконец, перевод 10 интермедий Сервантеса, изданных отдельно в 1886 г. Оригинальных пьес им написано всего 49. Все эти пьесы дают замечательную по своей жизненности и правдивости галерею самых разнообразных русских типов, со всеми особенностями их повадки, языка и характера. В отношении собственно драматической техники и композиции пьесы Островского нередко слабы: художник, глубоко правдивый по своей природе, и сам сознавал свое бессилие в изобретении сюжета, в расположении завязки и развязки; он говорил даже, что "драматург и не должен придумывать, что случилось; его дело - написать, как это случилось или могло случиться; тут вся его работа; при обращении внимания в эту сторону у него явятся живые люди и сами заговорят". Рассуждая о своих пьесах с этой точки зрения, Островский сознавался, что у него самое трудное дело - "выдумка", потому что всякая ложь ему противна; но без этой условной лжи драматическому писателю обойтись невозможно. То "новое слово" Островского, за которое так горячо ратовал Аполлон Григорьев, по существу своему заключается не столько в "народности", сколько в правдивости, в непосредственном отношении художника к окружающей его жизни с целью вполне реального ее воспроизведения на сцене. В этом направлении Островский сделал дальнейший шаг вперед по сравнению с Грибоедовым и Гоголем и надолго утвердил на нашей сцене ту "натуральную школу", которая при начале его деятельности уже господствовала в других отделах нашей литературы. Талантливый драматург, поддержанный не менее талантливыми артистами, вызвал соревнование в своих сверстниках, пошедших тем же путем: драматургами однородного направления явились Писемский, А. Потехин и другие, менее заметные, но в свое время пользовавшиеся заслуженным успехом писатели. Всей душой преданный театру и его интересам, Островский уделял немало времени и труда также и практическим заботам о развитии и усовершенствовании драматического искусства и об улучшении материального положения драматических авторов. Он мечтал о возможности преобразовать художественный вкус артистов и публики и создать театр-школу, одинаково полезную как для эстетического воспитания общества, так и для подготовки достойных деятелей сцены. Среди всевозможных огорчений и разочарований он оставался до конца жизни верен этой заветной своей мечте, осуществлением которой отчасти явился созданный им в 1866 г. в Москве Артистический кружок, давший впоследствии московской сцене многих талантливых деятелей. Вместе с тем Островский заботился об облегчении материального положения русских драматургов: его трудами образовано Общество русских драматических писателей и оперных композиторов (1874), бессменным председателем которого он оставался до самой своей смерти. Вообще, к началу 80-х годов, Островский прочно занял место вождя и учителя русской драмы и сцены. Усиленно работая в учрежденной в 1881 г. при дирекции Императорских театров комиссии "для пересмотра законоположений по всем частям театрального управления", он добился многих преобразований, значительно улучшивших положение артистов и давших возможность более целесообразной постановки театрального образования. В 1885 г. Островский был назначен заведующим репертуарной частью московских театров и начальником театрального училища. Здоровье его, к этому времени уже пошатнувшееся, не отвечало тем широким планам деятельности, какие он себе ставил. Усиленная работа быстро истощила организм; 2 июня 1886 г. Островский скончался в своем костромском имении Щелыкове, не успев осуществить своих преобразовательных предположений.
Сочинения Островского издавались много раз; последнее и более полное издание - товарищества "Просвещение" (СПб., 1896 - 97, в 10 томах, под редакцией М.И. Писарева и с биографическим очерком И. Носова). Отдельно изданы "Драматические переводы" (М., 1872), "Интермедия Сервантеса" (СПб., 1886) и "Драматические сочинения А. Островского и Н. Соловьева" (СПб., 1881). Для биографии Островского важнейшим трудом является книга французского ученого J. Patouillet "O. et son theatre de moeurs russes" (Париж, 1912), где указана и вся литература об Островском. См. воспоминания С.В. Максимова в "Русской Мысли" 1897 г. и Кропачева в "Русском Обозрении" 1897; И. Иванов "А.Н. Островский, его жизнь и литературная деятельность" (СПб., 1900). Лучшие критические статьи об Островском написаны Аполлоном Григорьевым (в "Москвитянине" и "Времени"), Эдельсоном ("Библиотека для Чтения", 1864), Добролюбовым ("Темное царство" и "Луч света в темном царстве") и Боборыкиным ("Слово", 1878). - Ср. также книги А.И. Незеленова "Островский в его произведениях" (СПб., 1888), и Ор. Ф. Миллера "Русские писатели после Гоголя" (СПб., 1887).
П. Морозов.
Перепечатывается с адреса: http://www.rulex.ru/
ОСТРОВСКИЙ Александр Николаевич (31.03.1823-2.06.1886), выдающийся русский писатель-драматург. Сын судейского чиновника.
По окончании 1-й Московской гимназии (1840) Островский поступил на юридический факультет Московского университета, но за год до его окончания вынужден был из-за конфликта с педагогами оставить учебу и определиться “канцелярским служителем” - сперва в Московский Совестный суд (1843), а через два года - в Московский Коммерческий суд.
С молодости Островский испытывал страстное увлечение театром, был близко знаком с артистами Малого театра: П. С. Мочаловым, М. С. Щепкиным, П. М. Садовским. В 1851 он оставил службу и всецело посвятил себя литературно-театральной деятельности. Работа в московских судах, изучение купеческих исков, которыми часто занимался отец Островского, снабдили будущего драматурга богатым жизненным материалом, связанным с бытом и нравами российского купечества, и позволили ему впоследствии создавать произведения, в которых художественная яркость характеров тесно переплетается с их реалистичностью.
9 января 1847 в газете “Московский листок” была опубликована сцена из комедии Островского “Неосторожный должник”, названной позже “Свои люди - сочтемся”. В том же году была написана комедия “Картина семейного счастья”. Эти произведения, созданные в духе “натуральной школы” Н. В. Гоголя, принесли автору первую известность. Следующими драматургическими опытами Островского, закрепившими первые успехи, стали пьесы 1851-54: “Бедная невеста”, “Не в свои сани не садись”, “Бедность - не порок”, “Не так живи, как хочется”, герои которых - люди из незажиточной среды - выступают как носители правды и человечности.
В 1856-59 опубликовал остросатирические пьесы: “В чужом пиру похмелье”, “Доходное место”, “Воспитанница” и вызвавшую широкий общественный резонанс драму “Гроза”, за которую в 1859 Островский был удостоен Уваровской премии.
В 1860-х Островским были созданы социально-бытовые комедии и драмы - “Грех да беда на кого не живет”, “Шутники”, “На бойком месте”, “Пучина”, а также ряд пьес на исторические сюжеты: об эпохе Ивана Грозного (“Василиса Мелентьевна”) и о Смутном времени (“Козьма Захарьич Минин-Сухорук”, “Дмитрий Самозванец и Василий Шуйский”, “Тушино”). В 1870-Х-80-Х появились широко известные пьесы: “Волки и овцы”, “Лес”, “Красавец-мужчина”, “На всякого мудреца довольно простоты” - из жизни провинциального дворянства; “Таланты и поклонники”, “Без вины виноватые” - о быте актеров; “Снегурочка” - воплощение сказочно-фольклорных мотивов; “Бесприданница” - своеобразная вершина творчества Островского, выделяющаяся в ряду других произведений своим глубоким социально-психологическим раскрытием образов.
Всего перу Островского принадлежит 47 литературно-драматических работ, а также еще 7 пьес, написанных в сотрудничестве с другими авторами. Пьесы Островского занимали ведущее место в репертуаре Московского Малого театра, с которым писатель был тесно связан: неоднократно выступал в качестве постановщика собственных пьес, был творческим наставником многих замечательных актеров этого театра. По мотивам произведений Островского был создан ряд опер, среди которых наиболее известны “Снегурочка” Н. А. Римского-Корсакова, “Воевода” П. И. Чайковского, “Вражья сила” А. Н. Серова.
О театре. Записки, речи, письма. Л.; М., 1947;
О литературе и театре / Сост., вступ. ст. и коммент. М. П. Лобанова.
Литература:
Лотман Л.М. А.Н. Островский и русская драматургия его времени. М-Л. 1961.
Вариант № 371064
При выполнении заданий с кратким ответом впишите в поле для ответа цифру, которая соответствует номеру правильного ответа, или число, слово, последовательность букв (слов) или цифр. Ответ следует записывать без пробелов и каких-либо дополнительных символов. Ответом к заданиям 1-7 является слово, или словосочетание, или последовательность цифр. Записывайте ответы без пробелов, запятых и других дополнительных символов. На задания 8-9 дайте связный ответ в объёме 5-10 предложений. Выполняя задание 9, подберите для сопоставления два произведения разных авторов (в одном из примеров допустимо обращение к произведению того автора, которому принадлежит исходный текст); укажите названия произведений и фамилии авторов; обоснуйте Ваш выбор и сопоставьте произведения с предложенным текстом в заданном направлении анализа.
Выполняя задания 10-14 является слово, или словосочетание, или последовательность цифр. Выполняя задание 15-16, опирайтесь на авторскую позицию, при необходимости излагайте свою точку зрения. Аргументируйте ответ, опираясь на текст произведения. Выполняя задание 16, подберите для сопоставления два произведения разных авторов (в одном из примеров допустимо обращение к произведению того автора, которому принадлежит исходный текст); укажите названия произведений и фамилии авторов; обоснуйте Ваш выбор и сопоставьте произведения с предложенным текстом в заданном направлении анализа.
На задание 17 дайте развернутый аргументированный ответ в жанре сочинения объёмом не менее 200 слов (сочинение объёмом менее 150 слов оценивается нулем баллов). Анализируйте литературное произведение, опираясь на позицию автора, привлекая необходимые теоретико-литературные понятия. Давая ответ, соблюдайте нормы речи.
Если вариант задан учителем, вы можете вписать или загрузить в систему ответы к заданиям с развернутым ответом. Учитель увидит результаты выполнения заданий с кратким ответом и сможет оценить загруженные ответы к заданиям с развернутым ответом. Выставленные учителем баллы отобразятся в вашей статистике.
Версия для печати и копирования в MS Word
В начале приведённого фрагмента герои общаются между собой, обмениваясь репликами. Как называется данный вид речи?
Вот мы и дома, - промолвил Николай Петрович, снимая картуз и встряхивая волосами. - Главное, надо теперь поужинать и отдохнуть.
Поесть действительно не худо, - заметил, потягиваясь, Базаров и опустился на диван.
Да, да, ужинать давайте, ужинать поскорее. - Николай Петрович без всякой видимой причины потопал ногами. - Вот кстати и Прокофьич.
Вошёл человек лет шестидесяти, беловолосый, худой и смуглый, в коричневом фраке с медными пуговицами и в розовом платочке на шее. Он осклабился, подошёл к ручке к Аркадию и, поклонившись гостю, отступил к двери и положил руки за спину.
Вот он, Прокофьич, - начал Николай Петрович, - приехал к нам наконец... Что? как ты его находишь?
В лучшем виде-с, - проговорил старик и осклабился опять, но тотчас же нахмурил свои густые брови. - На стол накрывать прикажете? - проговорил он внушительно.
Да, да, пожалуйста. Но не пройдёте ли вы сперва в вашу комнату, Евгений Васильич?
Нет, благодарствуйте, незачем. Прикажите только чемоданишко мой туда стащить да вот эту одежонку, - прибавил он, снимая с себя свой балахон.
Очень хорошо. Прокофьич, возьми же их шинель. (Прокофьич, как бы с недоумением, взял обеими руками базаровскую «одежонку» и, высоко подняв её над головою, удалился на цыпочках.) А ты, Аркадий, пойдёшь к себе на минутку?
Да, надо почиститься, - отвечал Аркадий и направился было к дверям, но в это мгновение вошёл в гостиную человек среднего роста, одетый в тёмный английский сьют, модный низенький галстух и лаковые полусапожки, Павел Петрович Кирсанов. На вид ему было лет сорок пять: его коротко остриженные седые волосы отливали тёмным блеском, как новое серебро; лицо его, желчное, но без морщин, необыкновенно правильное и чистое, словно выведенное тонким и лёгким резцом, являло следы красоты замечательной; особенно хороши были светлые, чёрные, продолговатые глаза. Весь облик Аркадиева дяди, изящный и породистый, сохранил юношескую стройность и то стремление вверх, прочь от земли, которое большею частью исчезает после двадцатых годов.
Павел Петрович вынул из кармана панталон свою красивую руку с длинными розовыми ногтями, - руку, казавшуюся ещё красивей от снежной белизны рукавчика, застёгнутого одиноким крупным опалом, и подал её племяннику. Совершив предварительно европейское «shake hands», он три раза, по-русски, поцеловался с ним, то есть три раза прикоснулся своими душистыми усами до его щёк, и проговорил: «Добро пожаловать».
Николай Петрович представил его Базарову: Павел Петрович слегка наклонил свой гибкий стан и слегка улыбнулся, но руки не подал и даже положил её обратно в карман.
Я уже думал, что вы не приедете сегодня, - заговорил он приятным голосом, любезно покачиваясь, подёргивая плечами и показывая прекрасные белые зубы. - Разве что на дороге случилось?
Ничего не случилось, - отвечал Аркадий, - так, замешкались немного.
И. С. Тургенев «Отцы и дети»
Ответ:
Назовите литературное направление, принципы которого нашли своё воплощение в «Мёртвых душах».
Прочитайте приведённый ниже фрагмент произведения и выполните задания В1-В7; C1, С2.
Вельможа, по обыкновению, выходит: «Зачем вы? Зачем вы? А! - говорит, увидевши Копейкина, - ведь я уже объявил вам, что вы должны ожидать решения». - «Помилуйте, ваше высокопревосходительство, не имею, так сказать, куска хлеба...» - «Что же делать? Я для вас ничего не могу сделать: старайтесь покамест помочь себе сами, ищите сами средств». - «Но, ваше высокопревосходительство, сами можете, в некотором роде, судить, какие средства могу сыскать, не имея ни руки, ни ноги». - «Но, - говорит сановник, - согласитесь: я не могу вас содержать, в некотором роде, на свой счёт: у меня много раненых, все они имеют равное право... Вооружитесь терпением. Приедет государь, я могу вам дать честное слово, что его монаршая милость вас не оставит». - «Но, ваше высокопревосходительство, я не могу ждать», - говорит Копейкин, и говорит, в некотором отношении, грубо. Вельможе, понимаете, сделалось уже досадно. В самом деле: тут со всех сторон генералы ожидают решений, приказаний: дела, так сказать, важные, государственные, требующие самоскорейшего исполнения, - минута упущения может быть важна, - а тут ещё привязался сбоку неотвязчивый чёрт. «Извините, говорит, мне некогда... меня ждут дела важнее ваших». Напоминает способом, в некотором роде, тонким, что пора наконец и выйти. А мой Копейкин, - голод-то, знаете, пришпорил его: «Как хотите, ваше высокопревосходительство, говорит, не сойду с места до тех пор, пока не дадите резолюцию». Ну... можете представить: отвечать таким образом вельможе, которому стоит только слово - так вот уж и полетел вверх тарашки, так что и чёрт тебя не отыщет... Тут если нашему брату скажет чиновник, одним чином поменьше, подобное, так уж и грубость. Ну, а там размер-то, размер каков: генерал-аншеф и какой-нибудь капитан Копейкин! Девяносто рублей и нуль! Генерал, понимаете, больше ничего, как только взглянул, а взгляд - огнестрельное оружие: души уж нет - уж она ушла в пятки. А мой Копейкин, можете вообразить, ни с места, стоит как вкопанный. «Что же вы?» - говорит генерал и принял его, как говорится, в лопатки. Впрочем, сказать правду, обошёлся он ещё довольно милостиво: иной бы пугнул так, что дня три вертелась бы после того улица вверх ногами, а он сказал только: «Хорошо, говорит, если вам здесь дорого жить и вы не можете в столице покойно ожидать решенья вашей участи, так я вас вышлю на казённый счёт. Позвать фельдъегеря! препроводить его на место жительства!» А фельдъегерь уж там, понимаете, и стоит: трёхаршинный мужичина какой-нибудь, ручища у него, можете вообразить, самой натурой устроена для ямщиков, - словом, дантист эдакой... Вот его, раба Божия, схватили, судырь мой, да в тележку, с фельдъегерем. «Ну, - Копейкин думает, - по крайней мере не нужно платить прогонов, спасибо и за то». Вот он, судырь мой, едет на фельдъегере, да, едучи на фельдъегере, в некотором роде, так сказать, рассуждает сам себе: «Когда генерал говорит, чтобы я поискал сам средств помочь себе, - хорошо, говорит, я, говорит, найду средства!» Ну, уж как только его доставили на место и куда именно привезли, ничего этого неизвестно. Так, понимаете, и слухи о капитане Копейкине канули в реку забвения, в какую-нибудь эдакую Лету, как называют поэты. Но, позвольте, господа, вот тут-то и начинается, можно сказать, нить, завязка романа. Итак, куда делся Копейкин, неизвестно; но не прошло, можете представить себе, двух месяцев, как появилась в рязанских лесах шайка разбойников, и атаман-то этой шайки был, судырь мой, не кто другой...».
Н.В.Гоголь «Мёртвые души»
Ответ:
Укажите термин, которым обозначается изображение внутренней, душевной жизни персонажей, в том числе - с помощью внешних «подсказок» («с нетерпением воскликнул», «перебил опять», «исподлобья взглянул»).
Прочитайте приведённый ниже фрагмент произведения и выполните задания В1-В7; C1, С2.
Вот как мы с тобой, говорил в тот же день после обеда Николай Петрович своему брату, сидя у него в кабинете, - в отставные люди попали, песенка наша спета. Что ж? Может быть, Базаров и прав; но мне, признаюсь, одно больно: я надеялся именно теперь тесно и дружески сойтись с Аркадием, а выходит, что я остался назади, он ушёл вперёд, и понять мы друг друга не можем.
Да почему он ушёл вперёд? И чем он от нас так уж очень отличается? - с нетерпением воскликнул Павел Петрович. - Это всё ему в голову синьор этот вбил, нигилист этот. Ненавижу я этого лекаришку; по-моему, он просто шарлатан; я уверен, что со всеми своими лягушками он и в физике недалеко ушёл.
Нет, брат, ты этого не говори: Базаров умён и знающ.
И самолюбие какое противное, - перебил опять Павел Петрович.
Да, - заметил Николай Петрович, - он самолюбив. Но без этого, видно, нельзя; только вот чего я в толк не возьму. Кажется, я всё делаю, чтобы не отстать от века: крестьян устроил, ферму завел, так что даже меня во всей губернии красным величают; читаю, учусь, вообще стараюсь стать в уровень с современными требованиями, - а они говорят, что песенка моя спета. Да что, брат, я сам начинаю думать, что она точно спета.
Это почему?
А вот почему. Сегодня я сижу да читаю Пушкина... помнится, «Цыгане» мне попались... Вдруг Аркадий подходит ко мне и молча, с этаким ласковым сожалением на лице, тихонько, как у ребёнка, отнял у меня книгу и положил передо мной другую, немецкую... улыбнулся, и ушёл, и Пушкина унёс.
Вот как! Какую же он книгу тебе дал?
Вот эту.
И Николай Петрович вынул из заднего кармана сюртука пресловутую брошюру Бюхнера, девятого издания. Павел Петрович повертел её в руках.
Гм! - промычал он. - Аркадий Николаевич заботится о твоём воспитании. Что ж, ты пробовал читать?
Пробовал.
Ну и что же?
Либо я глуп, либо это всё - вздор. Должно быть, я глуп.
Да ты по-немецки не забыл? - спросил Павел Петрович.
Я по-немецки понимаю.
Павел Петрович опять повертел книгу в руках и исподлобья взглянул на брата. Оба помолчали.
И. С. Тургенев «Отцы и дети»
Ответ:
Взаимоотношения Дикого с окружающими людьми часто носят характер столкновения, непримиримого противостояния. Укажите термин, которым оно обозначается.
Прочитайте приведённый ниже фрагмент произведения и выполните задания В1-В7; C1, С2.
Кабанова . Поди, Феклуша, вели приготовить закусить что-нибудь.
Феклуша уходит.
Пойдём в покои!
Дикой . Нет, я в покои не пойду, в покоях я хуже.
Кабанова . Чем же тебя рассердили-то?
Дикой . Ещё с утра с самого.Кабанова .Должно быть, денег просили.
Дикой . Точно сговорились, проклятые; то тот, то другой целый день пристают.
Кабанова . Должно быть, надо, коли пристают.
Дикой . Понимаю я это; да что ж ты мне прикажешь с собой делать, когда у меня сердце такое! Ведь уж знаю, что надо отдать, а всё добром не могу. Друг ты мне, и я тебе должен отдать, а приди ты у меня просить - обругаю. Я отдам, отдам, а обругаю. Потому - только заикнись мне о деньгах, у меня всю нутренную разжигать станет; всю нутренную вот разжигает, да и только; ну, и в те поры ни за что обругаю человека.
Кабанова . Нет над тобой старших, вот ты и куражишься.
Дикой . Нет, ты, кума, молчи! Ты слушай! Вот какие со мной истории бывали. О посту как-то, о великом, я говел, а тут нелёгкая и подсунь мужичонка; за деньгами пришёл, дрова возил. И принесло ж его на грех-то в такое время! Согрешил-таки: изругал, так изругал, что лучше требовать нельзя, чуть не прибил. Вот оно, какое сердце-то у меня! После прощенья просил, в ноги кланялся, право, так. Истинно тебе говорю, мужику в ноги кланялся. Вот до чего меня сердце доводит: тут на дворе, в грязи ему и кланялся; при всех ему кланялся.
Кабанова . А зачем ты нарочно-то себя в сердце приводишь? Это, кум, нехорошо.
Дикой . Как так нарочно?
Кабанова . Я видала, я знаю. Ты коли видишь, что просить у тебя чего-нибудь хотят, ты возьмёшь да нарочно из своих на кого-нибудь и накинешься, чтобы рассердиться; потому что ты знаешь, что к тебе сердитому никто уж не пойдёт. Вот что, кум!
Дикой . Ну, что ж такое? Кому своего добра не жалко!
Глаша входит.
Кабанова . Марфа Игнатьевна, закусить поставлено, пожалуйте!
Кабанова . Что ж, кум, зайди! Закуси чем бог послал!
Дикой . Пожалуй.
Кабанова . Милости просим! (Пропускает вперёд Дикого и уходит за ним.)
А.Н. Островский «Гроза»
Ответ:
В конце фрагмента звучит вопрос, не требующий конкретного ответа: «И какие бы страсти и предприятия могли волновать их?» Как называется такой вопрос?
Поэт и мечтатель не остались бы довольны даже общим видом этой скромной и незатейливой местности. Не удалось бы им там видеть какого-нибудь вечера в швейцарском или шотландском вкусе, когда вся природа - и лес, и вода, и стены хижин, и песчаные холмы - всё горит точно багровым заревом; когда по этому багровому фону резко оттеняется едущая по песчаной извилистой дороге кавалькада мужчин, сопутствующих какой-нибудь леди в прогулках к угрюмой развалине и поспешающих в крепкий замок, где их ожидает эпизод о войне двух роз, рассказанный дедом, дикая коза на ужин да пропетая молодою мисс под звуки лютни баллада - картины,
которыми так богато населило наше воображение перо Вальтера Скотта.
Нет, этого ничего не было в нашем краю.
Как всё тихо, всё сонно в трёх-четырёх деревеньках, составляющих этот уголок! Они лежали недалеко друг от друга и были как будто случайно брошены гигантской рукой и рассыпались в разные стороны, да так с тех пор и остались.
Как одна изба попала на обрыв оврага, так и висит там с незапамятных времён, стоя одной половиной на воздухе и подпираясь тремя жердями. Три-четыре поколения тихо и счастливо прожили в ней.
Кажется, курице страшно бы войти в неё, а там живет с женой Онисим Суслов, мужчина солидный, который не уставится во весь рост в своём жилище. Не всякий и сумеет войти в избу к Онисиму; разве только что посетитель упросит её стать к лесу задом, а к нему передом.
Крыльцо висело над оврагом, и, чтоб попасть на крыльцо ногой, надо было одной рукой ухватиться за траву, другой за кровлю избы и потом шагнуть прямо на крыльцо.
Другая изба прилепилась к пригорку, как ласточкино гнездо; там три очутились случайно рядом, а две стоят на самом дне оврага.
Тихо и сонно всё в деревне: безмолвные избы отворены настежь; не видно ни души; одни мухи тучами летают и жужжат в духоте. Войдя в избу, напрасно станешь кликать громко: мёртвое молчание будет ответом; в редкой избе отзовётся болезненным стоном или глухим кашлем старуха, доживающая свой век на печи, или появится из-за перегородки босой длинноволосый трёхлетний ребёнок, в одной рубашонке, молча, пристально поглядит на вошедшего и робко спрячется опять.
Та же глубокая тишина и мир лежат и на полях; только кое-где, как муравей, гомозится на чёрной ниве палимый зноем пахарь, налегая на соху и обливаясь потом.
Тишина и невозмутимое спокойствие царствуют и в нравах людей в том краю. Ни грабежей, ни убийств, никаких страшных случайностей не бывало там; ни сильные страсти, ни отважные предприятия не волновали их.
И какие бы страсти и предприятия могли волновать их? Всякий знал там самого себя. Обитатели этого края далеко жили от других людей. Ближайшие деревни и уездный город были верстах в двадцати пяти и тридцати.
Крестьяне в известное время возили хлеб на ближайшую пристань к Волге, которая была их Колхидой и Геркулесовыми столпами, да раз в год ездили некоторые на ярмарку, и более никаких сношений ни с кем не имели.
Интересы их были сосредоточены на них самих, не перекрещивались и не соприкасались ни с чьими.
(И.А. Гончаров. «Обломов» )
Ответ:
Прочитайте приведённый ниже фрагмент произведения и выполните задания B1-B7; C1, C2.
XVII Домой приехав, пистолеты Он осмотрел, потом вложил Опять их в ящик и, раздетый, При свечке, Шиллера открыл; Но мысль одна его объемлет; В нём сердце грустное не дремлет: С неизъяснимою красой Он видит Ольгу пред собой. Владимир книгу закрывает, Берёт перо; его стихи, Полны любовной чепухи, Звучат и льются. Их читает Он вслух, в лирическом жару, Как Дельвиг пьяный на пиру. XVIII Стихи на случай сохранились, Я их имею; вот они: «Куда, куда вы удалились, Весны моей златые дни? Что день грядущий мне готовит? Его мой взор напрасно ловит, В глубокой мгле таится он. Нет нужды; прав судьбы закон. Паду ли я, стрелой пронзенный, Иль мимо пролетит она, Всё благо: бдения и сна Приходит час определенный; Благословен и день забот, Благословен и тьмы приход! XIX «Блеснёт заутра луч денницы И заиграет яркий день; А я, быть может, я гробницы Сойду в таинственную сень, И память юного поэта Поглотит медленная Лета, Забудет мир меня; но ты Придёшь ли, дева красоты, Слезу пролить над ранней урной И думать: он меня любил, Он мне единой посвятил Рассвет печальный жизни бурной!.. Сердечный друг, желанный друг, Приди, приди: я твой супруг!..» XIX Так он писал темно и вяло (Что романтизмом мы зовём, Хоть романтизма тут нимало Не вижу я; да что нам в том?) И наконец перед зарёю, Склонясь усталой головою, На модном слове идеал Тихонько Ленский задремал; Но только сонным обаяньем Он позабылся, уж сосед В безмолвный входит кабинет И будит Ленского воззваньем: «Пора вставать: седьмой уж час. Онегин, верно, ждёт уж нас». |
Ответ:
Какое название получила строфа, использованная автором в этом произведении?
Прочитайте приведенный ниже фрагмент текста и выполните задания В1-В7; С1-С2.
XXXVI Но вот уж близко. Перед ними Уж белокаменной Москвы. Как жар, крестами золотыми Горят старинные главы. Ах, братцы!как я был доволен, Когда церквей и колоколен, Садов, чертогов полукруг Открылся предо мною вдруг! Как часто в горестной разлуке, В моей блуждающей судьбе, Москва, я думал о тебе! Москва... как много в этом звуке Для сердца русского слилось! Как много в нем отозвалось! XXXVII Вот, окружен своей дубравой, Петровский замок. Мрачно он Недавнею гордится славой. Напрасно ждал Наполеон, Последним счастьем упоенный, Москвы коленопреклоненной С ключами старого Кремля: Нет, не пошла Москва моя К нему с повинной головою. Не праздник, не приемный дар, Она готовила пожар Нетерпеливому герою. Отселе, в думу погружен, Глядел на грозный пламень он. XXXVIII Прощай, свидетель падшей славы, Петровский замок. Ну! не стой, Пошел! Уже столпы заставы Белеют; вот уж по Тверской Возок несется чрез ухабы. Мелькают мимо будки, бабы, Мальчишки, лавки, фонари, Дворцы, сады, монастыри, Бухарцы, сани, огороды, Купцы, лачужки, мужики, Бульвары, башни, казаки, Аптеки, магазины моды, Балконы, львы на воротах И стаи галок на крестах. XXXIX В сей утомительной прогулке Проходит час-другой, и вот У Харитонья в переулке Возок пред домом у ворот Остановился... |
А. С. Пушкин «Евгений Онегин»
Ответ:
Прочитайте приведённый ниже фрагмент текста и выполните задания В1—В7; С1—С2.
Дикой. Ишь ты, замочило всего. (Кулигину.) Отстань ты от меня! Отстань! (С сердцем.) Глупый человек!
Кулигин. Савел Прокофьич, ведь от этого, ваше степенство, для всех вообще обывателей польза.
Дикой. Поди ты прочь! Какая польза! Кому нужна эта польза?
Кулигин. Да хоть бы для вас, ваше степенство, Савел Прокофьич. Вот бы, сударь, на бульваре, на чистом месте, и поставить. А какой расход? Расход пустой: столбик каменный (показывает жестами размер каждой вещи) , дощечку медную, такую круглую, да шпильку, вот шпильку прямую (показывает жестом) , простую самую. Уж я все это прилажу, и цифры вырежу уже все сам. Теперь вы, ваше степенство, когда изволите гулять, или прочие, которые гуляющие, сейчас подойдете и видите <...> А то этакое место прекрасное, и вид, и все, а как будто пусто. У нас тоже, ваше степенство, и проезжие бывают, ходят туда наши виды смотреть, все-таки украшение — для глаз оно приятней.
Дикой. Да что ты ко мне лезешь со всяким вздором! Может, я с тобой и говорить-то не хочу. Ты должен был прежде узнать, в расположении ли я тебя слушать, дурака, или нет. Что я тебе — ровный, что ли? Ишь ты, какое дело нашел важное! Так прямо с рылом-то и лезет разговаривать.
Кулигин. Кабы я со своим делом лез, ну, тогда был бы я виноват. А то я для общей пользы, ваше степенство. Ну, что значит для общества каких-нибудь рублей десять! Больше, сударь, не понадобится.
Дикой. А может, ты украсть хочешь; кто тебя знает.
Кулигин. Коли я свои труды хочу даром положить, что же я могу украсть, ваше степенство? Да меня здесь все знают; про меня никто дурно не скажет.
Дикой. Ну, и пущай знают, а я тебя знать не хочу.
Кулигин. За что, сударь, Савел Прокофьич, честного человека обижать изволите?
Дикой. Отчет, что ли, я стану тебе давать! Я и поважней тебя никому отчета не даю. Хочу так думать о тебе, так и думаю. Для других ты честный человек, а я думаю, что ты разбойник, вот и все. Хотелось тебе это слышать от меня? Так вот слушай! Говорю, что разбойник, и конец! Что ж ты, судиться, что ли, со мной будешь? Так ты знай, что ты червяк. Захочу — помилую, захочу — раздавлю.
Кулигин. Бог с вами, Савел Прокофьич! Я, сударь, маленький человек, меня обидеть недолго. А я вам вот что доложу, ваше степенство: «И в рубище почтенна добродетель!»
Дикой. Ты у меня грубить не смей! Слышишь ты!
Кулигин. Никакой я грубости вам, сударь, не делаю, а говорю вам потому, что, может быть, вы и вздумаете когда что-нибудь для города сделать. Силы у вас, ваше степенство, иного; была б только воля на доброе дело. Вот хоть бы теперь то возьмем: у нас грозы частые, а не заведем мы громовых отводов.
Дикой (гордо) . Все суета!
Кулигин. Да какая же суета, когда опыты были.
Дикой. Какие такие там у тебя громовые отводы?
Кулигин. Стальные.
Дикой (с гневом) . Ну, еще что?
Кулигин. Шесты стальные.
Дикой (сердясь более и более) . Слышал, что шесты, аспид ты этакой; да еще-то что? Наладил: шесты! Ну, а еще что?
Кулигин. Ничего больше.
Дикой. Да гроза-то что такое по-твоему, а? Ну, говори!
Кулигин. Электричество.
Дикой (топнув ногой) . Какое еще там елестричество! Ну как же ты не разбойник! Гроза-то нам в наказание посылается, чтобы мы чувствовали, а ты хочешь шестами да рожнами какими-то, прости господи, обороняться. Что ты, татарин, что ли? Татарин ты? А? говори! Татарин?
Кулигин. Савел Прокофьич, ваше степенство, Державин сказал:
Я телом в прахе истлеваю,
Умом громам повелеваю.
Дикой. А за эти вот слова тебя к городничему отправить, так он тебе задаст! Эй, почтенные! прислушайте-ка, что он говорит!
Кулигин. Нечего делать, надо покориться! А вот когда будет у меня миллион, тогда я поговорю. (Махнув рукой, уходит.)
А. Н. Островский «Гроза»
Ответ:
Каким термином обозначают выразительную подробность в художественном произведении (например, розовая ленточка, которой перевязан список крестьян)?
Прочитайте приведённый ниже фрагмент произведения и выполните задания В1-В7; C1, С2.
Не успел он выйти на улицу, размышляя обо всём этом и в то же время таща на плечах медведя, крытого коричневым сукном, как на самом повороте в переулок столкнулся с господином тоже в медведях, крытых коричневым сукном, и в тёплом картузе с ушами. Господин вскрикнул, это был Манилов. Они заключили тут же друг друга в объятия и минут пять оставались на улице в таком положении. Поцелуи с обеих сторон так были сильны, что у обоих весь день почти болели передние зубы. У Манилова от радости остались только нос да губы на лице, глаза совершенно исчезли. С четверть часа держал он обеими руками руку Чичикова и нагрел её страшно. В оборотах самых тонких и приятных он рассказал, как летел обнять Павла Ивановича; речь была заключена таким комплиментом, какой разве только приличен одной девице, с которой идут танцовать. Чичиков открыл рот, ещё не зная сам, как благодарить, как вдруг Манилов вынул из-под шубы бумагу, свёрнутую в трубочку и связанную розовою ленточкой, и подал очень ловко двумя пальцами.
Это что?
Мужички.
А! - он тут же развернул её, пробежал глазами и подивился чистоте и красоте почерка. - Славно написано, - сказал он, - не нужно и переписывать. Ещё и каёмка вокруг! кто это так искусно сделал каёмку?
Ну, уж не спрашивайте, - сказал Манилов.
Ах боже мой! мне, право, совестно, что нанёс столько затруднений.
Для Павла Ивановича не существует затруднений.
Чичиков поклонился с признательностью. Узнавши, что он шёл в палату за совершением купчей, Манилов изъявил готовность ему сопутствовать. Приятели взялись под руку и пошли вместе. При всяком небольшом возвышении, или горке, или ступеньке Манилов поддерживал Чичикова и почти приподнимал его рукою, присовокупляя с приятною улыбкою, что он не допустит никак Павла Ивановича зашибить свои ножки. Чичиков совестился, не зная, как благодарить, ибо чувствовал, что несколько был тяжеленек. В подобных взаимных услугах они дошли наконец до площади, где находились присутственные места; большой трехэтажный каменный дом, весь белый, как мел, вероятно для изображения чистоты душ помещавшихся в нём должностей; прочие здания на площади не отвечали огромностию каменному дому. Это были: караульная будка, у которой стоял солдат с ружьём, две-три извозчичьи биржи и наконец длинные заборы с известными заборными надписями и рисунками, нацарапанными углём и мелом; более не находилось ничего на сей уединённой, или, как у нас выражаются, красивой площади. Из окон второго и третьего этажа иногда высовывались неподкупные головы жрецов Фемиды и в ту ж минуту прятались опять: вероятно, в то время входил в комнату начальник. Приятели не взошли, а взбежали по лестнице, потому что Чичиков, стараясь избегнуть поддерживанья под руки со стороны Манилова, ускорял шаг, а Манилов тоже, с своей стороны, летел вперёд, стараясь не позволить Чичикову устать, и потому оба запыхались весьма сильно, когда вступили в тёмный коридор. Ни в коридорах, ни в комнатах взор их не был поражён чистотою. Тогда ещё не заботились о ней; и то, что было грязно, так и оставалось грязным, не принимая привлекательной наружности. Фемида просто, какова есть, в неглиже и халате принимала гостей. Следовало бы описать канцелярские комнаты, которыми проходили наши герои, но автор питает сильную робость ко всем присутственным местам. Если и случалось ему проходить их даже в блистательном и облагороженном виде, с лакированными полами и столами, он старался пробежать как можно скорее, смиренно опустив и потупив глаза в землю, а потому совершенно не знает, как там всё благоденствует и процветает. Герои наши видели много бумаги и черновой и белой, наклонившиеся головы, широкие затылки, фраки, сертуки губернского покроя и даже просто какую-то светло-серую куртку, отделившуюся весьма резко, которая, своротив голову набок и положив её почти на самую бумагу, выписывала бойко и замашисто какой-нибудь протокол об оттяганьи земли или описке имения, захваченного каким-нибудь мирным помещиком, покойно доживающим век свой под судом, нажившим себе и детей и внуков под его покровом, да слышались урывками короткие выражения, произносимые хриплым голосом: «Одолжите, Федосей Федосеевич, дельцо за N 368!» «Вы всегда куда-нибудь затаскаете пробку с казённой чернильницы!» Иногда голос более величавый, без сомнения, одного из начальников, раздавался повелительно: «На, перепиши! а не то снимут сапоги и просидишь ты у меня шесть суток не евши». Шум от перьев был большой и походил на то, как будто бы несколько телег с хворостом проезжали лес, заваленный на четверть аршина иссохшими листьями.
Катерина. Я говорю: отчего люди не летают так, как птицы? Знаешь, мне иногда кажется, что я птица. Когда стоишь на горе, так тебя и тянет лететь. Вот так бы разбежалась, подняла руки и полетела. Попробовать нешто теперь? Хочет бежать.
Варвара. Что ты выдумываешь-то?
Катерина. (вздыхая) . Какая я была резвая! Я у вас завяла совсем.
Варвара. Ты думаешь, я не вижу?
Катерина. Такая ли я была! Я жила, ни об чем не тужила, точно птичка на воле. Маменька во мне души не чаяла, наряжала меня, как куклу, работать не принуждала; что хочу, бывало, то и делаю. Знаешь, как я жила в девушках? Вот я тебе сейчас расскажу. Встану я, бывало, рано; коли летом, так схожу на ключок, умоюсь, принесу с собою водицы и все, все цветы в доме полью. У меня цветов было много-много. Потом пойдём с маменькой в церковь, все и странницы - у нас полон дом был странниц да богомолок. А придём из церкви, сядем за какую-нибудь работу, больше по бархату золотом, а странницы станут рассказывать: где они были, что видели, жития разные, либо стихи поют. Так до обеда время и пройдёт. Тут старухи уснуть лягут, а я по саду гуляю. Потом к вечерне, а вечером опять рассказы да пение. Таково хорошо было!
Варвара. Да ведь и у нас то же самое.
Катерина. Да здесь все как будто из-под неволи. И до смерти я любила в церковь ходить! Точно, бывало, я в рай войду, и не вижу никого, и время не помню, и не слышу, когда служба кончится. Точно как всё это в одну секунду было. Маменька говорила, что все, бывало, смотрят на меня, что со мной делается! А знаешь: в солнечный день из купола такой светлый столб вниз идёт, и в этом столбе ходит дым, точно облака, и вижу я, бывало, будто ангелы в этом столбе летают и поют. А то, бывало, девушка, ночью встану - у нас тоже везде лампадки горели - да где-нибудь в уголке и молюсь до утра. Или рано утром в сад уйду, ещё только солнышко восходит, упаду на колена, молюсь и плачу, и сама не знаю, о чём молюсь и о чём плачу; так меня и найдут. И об чём я молилась тогда, чего просила - не знаю; ничего мне не надобно, всего у меня было довольно. А какие сны мне снились, Варенька, какие сны! Или храмы золотые, или сады какие-то необыкновенные, и всё поют невидимые голоса, и кипарисом пахнет, и горы и деревья будто не такие, как обыкновенно, а как на образах пишутся. А то будто я летаю, так и летаю по воздуху. И теперь иногда снится, да редко, да и не то.
А. Н. Островский «Гроза»
Ответ:
Завершить тестирование, свериться с ответами, увидеть решения.
Тестовый материал по литературе на тему
«Драма А.Н. Островского «Гроза»
Целевая аудитория: обучающиеся 1 курса
1. Выбрать определение понятия “ремарка”.
А) Часть акта, в которой состав действующих лиц не меняется или появляется новое действующее лицо.
Б) Текст, заключающий в себе слова одного из действующих лиц.
В) Представление героев, в котором рассказывается об их возрасте, социальном положении и т.д.
Д) Большая часть драматургического произведения.
2. К какому литературному направлению следует отнести драму «Гроза»?
А) романтизм
Б) реализм
В) классицизм
Г) сентиментализм
3. О каком персонаже идет речь?
У него уж такое заведение. У нас никто и пикнуть не смей о жалованье, изругает на чем свет стоит. «Ты, – говорит, – почему знаешь, что я на уме держу? Нешто ты мою душу можешь знать? А может, я приду в такое расположение, что тебе пять тысяч дам». Вот ты и поговори с ним! Только еще он во всю свою жизнь ни разу в такое-то расположение не приходил.
Ответ: ______________.
4. Отметьте персонажей, которых А.Н. Островский относит к «темному царству».
А) Катерина
Б) Борис
В) Дикой
Г) Кабаниха
Д) Кулигин
5. Определите, кем является каждое действующее лицо.
Варвара
А) жена Тихона
Феклуша
Б) купец
Катерина
В) сестра Тихона
Дикой
Г) часовщик-самоучка
Кулигин
Д) странница
Ответ: 1 - _____, 2 - ______, 3 - ______, 4 - ______, 5 - ______.
6. Какому герою автор «поручает» дать характеристику «тёмного царства» (« Жестокие нравы, сударь, в нашем городе, жестокие!»):
Ответ: _________________.
Кому принадлежит фраза: «Делай что хочешь, только бы шито да крыто было»?
А) Кудряшу
Б) Катерине
В) Варваре
Г) Кабанихе
8. Какой литературный критик наиболее полно в статье «Темное царство» охарактеризовал «самодурство» как социальное явление?
Ответ:___________________________.
9. Кто сказал?
«Воспитывали нас родители в Москве хорошо, ничего для нас не жалели. Меня отдали в Коммерческую академию, а сестру в пансион, да оба вдруг и умерли в холеру, мы с сестрой сиротами и остались. Потом мы слышим, что и бабушка здесь умерла и оставила завещание, чтобы дядя нам выплатил часть, какую следует, когда мы придем в совершеннолетие, только с условием...»
А) Кулигин
Всякий должен бояться! Не то страшно, что убьёт тебя, а то, что смерть тебя вдруг застанет, как ты есть, со всеми твоими грехами, со всеми помыслами лукавыми.
Б) Катерина
Бедным гулять некогда, у них день и ночь работа. И спят-то всего часа три в сутки
В) Борис
Ответ: 1 - ____, 2- _____, 3 - ______.
10. Выберите несколько вариантов ответа. После измены снохи Кабанова «стала на замок запирать»…
а) Катерину
б) Глашу
в) Варвару
г) Феклушу
11. Восстановите последовательность событий.
А) Самоубийство Катерины.
Б) Тихон возвращается из Москвы.
В) Разговор Катерины с Варварой о детстве.
Г) Знакомство с жителями города Калинова и обрисовка их нравов.
Д) Борис покидает город.
12. Дайте определение термину.
Драма – это __________________________________________________________________________
________________________________________________________________________________________
_________________________________________________________________________________________.
13. Соотнесите героя драмы и его мечту.
1. «Когда стоишь на горе, так тебя и тянет лететь. Вот так бы разбежалась, подняла руки и полетела. Попробовать нешто теперь?»
А) старая барыня
2. «Все в огне гореть будете неугасимом. Все в смоле будете кипеть неутолимой!»
Б) Катерина
3 «.Как Тихон уедет, так давай в саду спать, в беседке».
В) Кабаниха
4. «Коли порядком не умеешь, ты хоть бы пример-то этот сделала; все-таки пристойнее, а то, видно, на словах-то только»
Г) Варвара
Ответ: 1- _____, 2 - _____, 3 - _____, 4 - ______.
14. Кто из персонажей пьесы критикует нрав «темного царства»? ( выберите несколько вариантов ответа )
А) Катерина
Б) Кулигин
В) Борис
Г) Варвара
Д) Тихон
15. Вставьте пропущенное слово. « А то есть ещё земля,– рассказывает Феклуша,– где все люди с _______ головами ».
16. Назовите основной конфликт в пьесе «Гроза» ( по мнению Добролюбова ):
А) Это конфликт между поколениями (Тихон и Марфа Игнатьевна)
Б) Это внутрисемейный конфликт между деспотической свекровью и непокорной невесткой
В) Это столкновение самодуров жизни и их жертв
Г) Это конфликт между Тихоном и Катериной
17. Кульминационная сцена в драме «Гроза» - это сцена _________.
18. Почему события в пьесе «Гроза» происходят в вымышленном городе?
19) Катерина признаётся при людях Тихону в своём «грехе». Что заставило её сделать это?
А) Чувство стыда
Б) Страх перед свекровью
В) Желание признанием искупить вину перед Богом и муки совести
Г) Желание уехать с Борисом
20. Н.А.Добролюбов назвал одного из героев пьесы «Гроза» «лучом света в тёмном царстве». Это_______________.
Ключи:
Дикой
в, г.
1- в, 2 – д, 3- а, 4- б, 5- -г.
Кулигин
Н.А. Добролюбов
1- в, 2- б, 3- а.
а, в
– г, в, б, д, а.
12. – Драма – это
13. 1 – б, 2 –а, 3- г, 4- в.
14 –б, г
15. – песьими
16 – в
17. – с ключом.
18. в
19. в
20. Катерина.
Творчество Островского сегодня входит в школьную программу, его знают и любят многие наши соотечественники. Александр Николаевич Островский — драматург, уроженец Москвы, сын адвоката и внук православного священника. Обучался он в Московском университете, на юридическом факультете (не закончил), служил в московских судах, затем стал профессиональным театральным деятелем и писателем-драматургом.
В сравнении с пьесами Тургенева или А.К. Толстого, представляющими собой прежде всего произведения литературы, драматургия Островского имеет иную природу. Она предназначена не столько для чтения, сколько для сценического воплощения, и должна изучаться, прежде всего, в рамках истории театра. Однако и история литературы не может недооценивать творчество крупнейшего русского драматурга второй трети XIX в.
Рассматривая творчество Островского, отметим, что среди его юношеских опытов есть очерки и стихи. Сделавшая его известным комедия «Несостоятельный должник», которая была переименована в «Банкрут» (а впоследствии переименованная в «Свои люди — сочтемся !»), появилась в журнале «Москвитянин» (1850-й год), хотя к постановке на сцене ее тогда не разрешили. Ложное банкротство, которое объявляет в этой пьесе купец Большов, — коллизия, основанная на фактах реальной жизни (волна банкротств, прокатившаяся по деловым кругам накануне написания комедии). Однако близкая к анекдоту сюжетная основа комедии ни в коей мере не исчерпывает ее содержания. Сюжет претерпевает почти трагический поворот: ложный банкрот оказался покинутым в долговой тюрьме своим зятем Подхалюзиным и собственной дочерью Липочкой, отказывающимися его выкупать. Шекспировские аллюзии (судьба короля Лира) были поняты многими современниками.
После литературного успеха «Банкрута» в творчестве Островского в 1850-е годы наступил интереснейший «славянофильский» период, принесший замечательную комедию под названием «Не в свои сани не садись » (1853 год) — первую его пьесу, немедленно и с огромным успехом поставленную на сцене, — а также драму «Не так живи, как хочется » (1855 год) и одну из лучших пьес драматурга «Бедность не порок » (создана в 1854 году). Порок (образы Вихорева, Коршунова) неизменно побеждается в них высокой нравственностью, опирающейся на православно-христианские истины и народно-патриархальные устои (образы Бородкина, Русакова, Маломальского). Прекрасно написанный литературный характер — Любим Торцов из «Бедность не порок», сумевший привести к раскаянию своего брата Гордея и соединить влюбленных — приказчика Митю и Любовь Гордеевну (моментальное духовное возрождение Гордея Торцова много раз называли «неправдоподобным», однако автор явно и не стремился к правдоподобию в наивно-реалистическом смысле — изображая христианское раскаяние, которое как раз способно сразу сделать грешника «другим человеком»). Действие «Бедность не порок» разворачивается на святки, действие «Не так живи, как хочется» — на масленицу, и ликующее веселье, праздничная атмосфера интонирует обе пьесы (впрочем, в «Не так живи, как хочется» присутствует и мотив дьявольского соблазна, в который вовлекает было Петра скоморох Еремка).
Несколько особняком стоит в кон. 1850 — нач. 1860-х гг. так называемая «бальзаминовская» трилогия, посвященная коллизиям из быта провинции: «Праздничный сон —до обеда » (1857 год), «Свои собаки грызутся — чужие не приставай » (написана в 1861 году) и «За чем пойдешь, то и найдешь », более известная под названием «Женитьба Бальзаминова » (1861).
Сближение А.Н. Островского с лагерем авторов некрасовского «Современника» ознаменовалось незамедлительным резким обострением в его творчестве социально-обличительных мотивов. Сюда следует отнести прежде всего комедию «Доходное место» (1857), драмы «Воспитанница » (1859) и «Гроза » (1859). Сложная коллизия «Грозы », где в центре супружеская измена героини, происшедшая в характеризующейся крайней строгостью моральных правил патриархальной купеческой семье, руководимой деспотичной свекровью, была односторонне воспринята в духе «эмансипаторских» тезисов «демократической» публицистики того времени. Самоубийство главной героини (с точки зрения православия являющееся страшным грехом) истолковывалось как акт «благородной гордости», «протест» и своего рода духовная победа над «косными» «домостроевскими» морально-общественными (как подразумевалось, и религиозными христианскими) нормами. Когда высокоталантливый критик-демократ Н.А. Добролюбов в одноименной статье объявил главную героиню «Лучом света в темном царстве», эта его метафора быстро превратилась в шаблон, по которому и столетие спустя данная пьеса Островского истолковывалась в российской средней школе. При этом упускалась, да и сегодня нередко упускается не менее важная составляющая проблематики «Грозы»: «вечная» для литературы тема столкновения любви и долга. Между тем, в значительной мере именно благодаря присутствию в произведении этой темы пьеса поныне сохраняет свою драматургическую живость (впрочем, за пределами России она всегда ставилась театрами мало).
Купеческая среда, которую в период слафянофильских увлечений драматург изображал как одну из самых нравственно стабильных и духовно чистых составляющих российского общественного организма, была подана в «Грозе» как ужасное «темное царство», гнетущее молодежь, основанное на бессмысленной тирании старших, Злобное и невежественное. Катерина ощущает себя настолько затравленной, что она неоднократно говорит на протяжении пьесы о самоубийстве как единственном для себя выходе. С другой стороны, эта драма Островского, вышедшая примерно на два года ранее «Отцов и детей» И.С. Тургенева, побуждает констатировать: тема «отцов и детей» в ее остром социальном развороте как бы висела в литературной атмосфере того времени. Изображенная в «Грозе» молодежь из купеческих кругов (Катерина и Борис, Варвара и Кудряш) понимает и принимает жизненные ценности, вообще житейскую правду старшего поколения не в большей мере, чем Евгений Базаров и Аркадий Кирсанов.
Главная героиня, Катерина Кабанова, была выписана драматургом с огромной к ней симпатией. Это образ поэтичной, сентиментальной и глубоко религиозной молодой женщины, выданной замуж не по любви. Муж добр, но робок и находится в подчинении у властной матери-вдовы Марфы Кабановой (Кабанихи). Показательно, впрочем, что влюбляется Катерина по воле автора не в какого-либо внутренне сильного человека, «настоящего мужчину» (что было бы психологически естественно), а в купеческого сына Бориса, во многих отношениях похожего на ее мужа как одна капля воды на другую (Борис робок и в полном подчинении у своего властного дяди Дикого — впрочем, он заметно умнее Тихона Кабанова и не лишен образованности).
В начале 1860-х гг. Островский создал своеобразную драматическую трилогию о Смутном времени, составленную стихотворными «хрониками» «Козьма Захарьич Минин, Сухорук » (в 1862), «Дмитрий Самозванец и Василий Шуйский » (год создания - 1867) и «Тушино » (1867). Об этом времени в XVIII в. написал А.П. Сумароков («Димитрий Самозванец»), а в первой половине XIX в. А.С. Пушкин («Борис Годунов»), вызвавший у современников много подражаний и в прозе, и в стихах, и в драматургии. Центральное произведение трагедии Островского («Дмитрий Самозванец и Василий Шуйский») посвящено периоду, хронологически незадолго до которого заканчивается сюжет пушкинского «Бориса Годунова». Островский как бы подчеркнул их связь, избрав для своего произведения стихотворную форму, — притом белый пятистопный ямб, как в «Борисе Годунове». К сожалению, великий драматург не проявил себя как мастер стиха. Взяв «исторический» крен в творчестве; Островский написал также комедию «Воевода » (1865) и психологическую драму «Василиса Мелентьева » (1868), а еще через несколько лет комедию «Комик XVII столетия ».
На стезю социально-обличительной драматургии Островский прочно вернулся уже в 1860-е годы, создавая одну за другой по сей день сохраняющиеся в репертуаре театров комедии, такие как «На всякого мудреца довольно простоты » (год создания - 1868), «Горячее сердце » (1869 год), «Бешеные деньги » (1870 год), «Лес » (1871 год), «Волки и овцы » (1875) и др. Давно замечено, что положительные герои есть только в одной из перечисленных пьес — в «Лесе » (Аксюша и актер Геннадий Несчастливцев) — то есть это произведения резко сатирические. В них Островский выступил новатором, применив в крупных драматургических формах условные приемы так называемой водевильной драматургии, за это он критиковался рецензентами, которые не поняли смысла его усилий. Пробовал он возобновить и творчество в духе своих комедий, печатавшихся в 1850-е годы славянофильским «Москвитянином». Это, к примеру, такие пьесы, как «Не все коту масленица» (написана в 1871), «Правда — хорошо, а счастье лучше» (создана в 1876) и др. Но «народные» мотивы здесь приобрели внешне-орнаментальный, в какой-то мере искусственный характер.
Кроме «Леса» некоторые другие лучшие произведения Островского преломляют тему трудных судеб людей театра. Таковы его поздние драмы «Таланты и поклонники » (1882) и «Без вины виноватые » (написана 1884 году), в центре каждой из которых образ талантливой актрисы, которая вынуждена в определенный момент своей жизни переступить через нечто личное, человеческое (в первой пьесе Негина рвет с любимым женихом Мелузовым, во второй Отрадина-Кручинина отдает ребенка на воспитание Галчихе). Многие из проблем, поставленных в этих пьесах, к сожалению, мало зависят от того или иного конкретного общественного устройства, хотя зрителям XIX в. могли казаться злободневными. Но, с другой стороны, извечный их характер помогает самим сюжетам пьес оставаться живыми и актуальными по сей день.
Последнее можно отнести также к драме Островского «Бесприданница » (год создания - 1878) — одной из бесспорных вершин творчества А.Н. Островского. Может быть, это лучшее его произведение. Лариса — красивая девушка, за которой, однако, нет приданого (то есть жениться на ней, с точки зрения людей определенной психологии, было экономически «невыгодно», да и по понятиям того времени, попросту «не престижно» — кстати, такой же бесприданницей будет сделана Отрадина в «Без вины виноватых»). В то же время Лариса явно не из тех, кто решал эту проблему, уходя в монастырь. В итоге она вызывает у мужчин, увивающихся вокруг нее и соперничающих, чисто плотский и циничный интерес. Впрочем, небогатого и не блещущего умом Карандышева, готового на ней жениться и считающегося ее женихом, она сама откровенно презирает. Зато примитивно бьющего на эффекты Паратова с его «широкими жестами» Лариса по-девичьи наивно долгое время восторженно полагает «идеалом мужчины» и свято ему верит. Когда же он грубо обманул ее, она теряет почву под ногами. Отправляясь на скандальную прогулку на катерах вместе с Паратовым, Лариса говорит дома на прощание: «Или тебе радоваться, мама, или ищи меня в Волге». Утопиться Ларисе, правда, не довелось — ее, успевшую запоздало разочароваться в «идеале мужчины», застрелил окончательно отвергнутый ею жених, жалкий Карандышев, чтобы она «не досталась никому».
Как резкое переключение со злободневной «современной» проблематики выглядит написание А.Н. Островским пьесы-сказки «Снегурочка » (1873) — задуманной как феерия, но исполненной высокого символизма (перу Островского принадлежит также пьеса-сказка «Иван-царевич »). Тяга к символам вообще характерна для стиля Островского. Даже названия его произведений либо напоминают пословицы («Не так живи, как хочется», «Правда — хорошо, а счастье лучше» и др.), либо похожи на многозначительные символы («Гроза», «Лес», «Волки и овцы» и др.). В «Снегурочке» изображено условно-сказочное царство берендеев — своеобразная фантазия на темы славянской мифологии. Сюжет народной сказки претерпел под пером мастера сложный поворот. Обреченная растаять с приходом лета Снегурочка успела узнать любовь, и ее гибель оказывается своего рода «оптимистической трагедией».
«Снегурочка» свидетельствует, конечно, не столько о глубоком фактическом знании автором славянской мифологии, старинной обрядности и фольклора, сколько об интуитивном проникновенном понимании их духа. Островский создал великолепный художественный образ славянской сказочной старины, вскоре вдохновивший Н.А. Римского-Корсакова на его знаменитую оперу и позже неоднократно дававший толчок художественной фантазии других авторов (например, балет «Весна священная» И.Ф. Стравинского). В «Снегурочке», как и многих других пьесах («Бедность не порок», «Гроза», «Бесприданница» и др.), на сцене звучат песни — подлинные народные или написанные в «народном духе».
Огромное значение А.Н. Островский придавал речевому колориту, проявляя себя сторонником того, что Достоевский именовал писанием «эссенциями». Его персонажи обычно говорят, в обилии рассыпая словечки и обороты, призванные изображать язык определенной социальной среды, а также характеризовать личный культурно-образовательный уровень данного конкретного персонажа, особенности его психологии и сферу жизненных интересов. Так, «прославился» в этом плане язык претенциозной и невежественной героини «Банкрута» Липочки, которая, например, упрекает мать: «Зачем вы отказали жениху? Чем не бесподобная партия? Чем не капидон?». Мантилью она именует «мантельей», пропорцию «припорцией» и т.д. и т.п. Подхалюзин, за которого девушка выходит замуж, ей под стать. Когда она, жеманясь, спрашивает его: «Для чего вы, Лазарь Елизарыч, по-французски не говорите?», тот отвечает без обиняков: «А для того, что нам не для чего». В других комедиях юродивого называют «уродливым», следствие «средствием», кадриль «кадрелью» и т. п.
А.Н. Островский — крупнейший русский драматург XIX в., давший национальному театру первоклассный репертуар, а русской литературе классические произведения, сохраняющие огромное художественное значение и для нашей современности.